к оглавлению 1993   Антропология и история   В.И. Бояринцев   В.Ю. Катасонов   Б.С. Миронов   А. Проханов  

Александр Владимирович Островский

1993. Расстрел «Белого дома»

Глава 4. ДНЕМ 3 ОКТЯБРЯ

Ход конем

На этот день, – вспоминал А. В. Крючков, – оппозиция в лице "Трудовой России", Российской партии коммунистов, Фронта национального спасения наметила проведение митингов в нескольких точках Москвы».1411 В 12.00 должен был начаться митинг на Смоленской площади1412, в 13.00 на Советской1413, в 14.00 на Октябрьской1414.

Митинг на Смоленской площади оказался немногочисленным, и его очень скоро разогнали.1415 Немного народа собралось и на Советской площади.1416 Поэтому в центре событий этого дня оказалось «Всенародное вече», созванное «Трудовой Россией» на Октябрьской площади.

К этому дню «Трудовая Россия» готовилась более трех месяцев.

С инициативой проведения нового «Всенародного вече» В. И. Анпилов выступил еще в июне на Конгрессе антифашистских сил и тогда же предложил провести его в воскресенье 3 октября.1417 Отмечая этот факт, Виктор Иванович пишет: вот что значит трезвый классовый прогноз.1418

Однако это – или простое совпадение, во что плохо верится, или же свидетельство, что сценарий осенних событий 1993 г. разрабатывался еще летом.1419

Разговоры о предстоящем выступлении велись открыто.1420 И открыто велась его подготовка. Первая известная нам листовка, содержащая призыв собраться в воскресенье 3 октября в 14.00 на Октябрьской площади, появилась 27 сентября.1421 30 октября с подобной же листовкой выступили Президиум Московского комитета ФНС и Политсовет ЦИК РПК.1422 Почти весь день 1 октября В. И. Анпилов с группой соратни-

ков провел в Пролетарском районе, призывая рабочих выйти в воскресенье на улицы города.1423

Что такой пропагандой занимался В. И. Анпилов, нет ничего удивительного. Удивительно другое. В то время, когда Белый дом находился почти в полной информационной блокаде, объявление о митинге, созываемом 3 октября на Октябрьской площади, накануне прозвучало по радио1424 и телевидению1425.

В воскресенье день выдался на редкость безветренным, теплым и солнечным.1426 Над городом было безоблачное небо, градусник показывал +14 С.1427 «Ночь, – вспоминает В. И. Анпилов, – я провел в штабе "Трудовой России", который находился все дни восстания в небольшом помещении, предоставленном нам депутатами Октябрьского районного Совета Москвы. Рано утром 3 октября вместе с товарищами решили "просочиться" в блокадный Дом Советов, чтобы согласовать с руководством Верховного Совета наши действия во время Всенародного Вече». Однако возле Белого дома В. И. Анпилова задержали, и, если верить ему, лишь случайно ему удалось ускользнуть из рук милиции, после чего он отправился на Октябрьскую площадь.1428

«К началу митинга, назначенного на 14 часов, – читаем мы в материалах Комиссии Т. А. Астраханкиной, – Октябрьская (Калужская) площадь была оцеплена сотрудниками милиции. Движение транспорта в районе площади, включая движение по Садовому кольцу, было перекрыто. Наиболее мощное оцепление из нескольких рядов сотрудников милиции в бронежилетах и касках, со щитами и дубинками стояло на въезде на улицу Георгия Димитрова (Большую Якиманку). Оно было усилено поставленными поперек улицы позади сотрудников милиции грузовыми машинами. Сотрудниками милиции были также оцеплены улица Житная и площадка вокруг памятника В. И. Ленину. В то же время выходы на Калужскую (Октябрьскую) площадь со станции метро "Октябрьская", из которых в основном прибывали участники митинга, закрыты не были».1429

«Две станции метро "Октябрьская" (кольцевая и радиальная), – пишет И. Иванов, – работали на полную мощность. Люди группками стекались с прилежащих улиц, как на майскую демонстрацию… И очень скоро пространство перед памятником

на площади стало напоминать бурлящий котел с разноцветными пятнами транспарантов и стягов, блеском щитов "защитников порядка"».1430

Когда около 11 часов на Октябрьской площади появился В. И. Анпилов, там уже толпился народ. «Вокруг памятника Ленину – пишет лидер "Трудовой России", – оцепление солдат внутренних войск. За ними – ОМОН. Люди хотят пройти поближе к памятнику, но их не пускают. То тут, то там вспыхивает перебранка».1431

Описывая события того дня, член «Мемориала» А. Черкасов утверждает, что милиция вела себя на площади мирно, никаких столкновений между пришедшими на митинг и блюстителями порядка не было.1432

Первоначально события действительно развивались именно так. Но, по свидетельству одного из очевидцев, около 12.00 «белые каски» начали теснить людей у памятника Ленину и использовать против них дубинки.1433

«…Вдруг, – отмечает В. И. Анпилов, – словно стон вырвался из сотен сердец: неожиданным ударом омоновской дубинки повержен на мостовую человек. И опять (наваждение какое-то!) удар принял на себя инвалид без ноги. Толпа расступилась вокруг лежащего без сознания человека. "Убили! Убили!" – раздались гневные голоса. Машина "скорой помощи" была на месте первого кровопролития того дня уже через три минуты… инвалида увезли, а кольцо ОМОНа начинает сжимать народ на Октябрьской площади».1434

Видимо, именно в этот момент здесь появился народный депутат Р. С. Мухамадиев. «Станция метро открыта, – вспоминает он, – милиция соблюдает порядок, даже подбадривает: "Выходите, граждане, побыстрее, выходите живее". На площади должен состояться большой митинг, об этом знает вся Москва. Но будто городская администрация еще не дала санкции на его проведение. Она получена только от районной администрации».1435

«Толкаясь и протискиваясь, – читаем мы далее, – поднялись наверх, вышли на залитую солнцем площадь… На противоположной от станции стороне стоят семь-восемь машин "скорой помощи". В эти машины уже кого-то несут на носилках. Доносятся громкие возгласы: "Ельцин – фашист!

Убийца…" Там и сям старики и старушки, кому удается приблизиться к сотрудникам милиции, ведут "агитационно-пропагандистскую" работу».1436

На глазах у Р. С. Мухамадиева вокруг одной из старушек-агитагорш начинается драка с милицией.1437 «Про старушку забывают… Кто-то шарахается в сторону с окровавленным лицом, кого-то уводят, кто-то остается лежать». И «такая картина на каждом шагу, в каждом переулке».1438

«Группу мужчин, каким-то образом оказавшихся на Ленинском проспекте, – пишет Р. С. Мухамадиев, – окружили омоновцы, защищенные щитами, касками. Для начала били резиновыми палками по головам, а потом, когда люди немного приходили в себя, валили на асфальт и остервенело начинали топтать, пинать сапогами. У тех, кто пытался как-то поднять голову и встать на ноги, положение еще хуже – их бьют ребром железного щита. По голове ли, по шее или позвоночнику – об этом никто не думает, всех подряд словно косами косят. Даже, подходя, проверяют лежащих неподвижно в лужах крови. Дескать, не притворяются ли мертвыми… К безжизненным телам подъехали рядом стоявшие машины "скорой помощи". Никто не стал проверять, живы ли потерпевшие, нет ли, – побросали на носилки и отнесли в эти машины. И все три машины, выстроившись в ряд, с тревожным пронзительным ревом понеслись к центру города».1439

Так обстояло на самом деле.

Как же в этих условиях вели себя организаторы митинга?

Когда я попытался найти ответ на этот, казалось бы, простой вопрос, сразу же столкнулся с совершенно неожиданной для меня проблемой. В. И. Анпилов, к которому я обратился, заявил, что возглавляемая им «Трудовая Россия» собирала «Всенародное вече» на 17.00. Поэтому никакого отношения к митингу, назначенному на 14.00, не имела.1440

Однако в моем распоряжении имеется листовка, полный текст которой гласит: «3 октября. МОСКОВСКОЕ ВЕЧЕ. Да -СССР! Нет – войне. Долой Беловежский сговор! К суду президентов, поправших волю народа! За решетку предателей и спекулянтов! Нет реформам ЦРУ! Власть-трудящимся! Сбор участников Московского Вече 3октября в 14.00 на Октябрьскойплощади. «Трудовая Россия».1441

Имеется также свидетельство Михаила Матюшина, который утром 3 октября оказался в Краснопресненском райсовете. «Выступивший на собрании лидер 'Трудовой Poccии" В. И. Анпилов, – пишет он, – сообщил, что в 14 часов на Октябрьской площади (Садовое кольцо) состоится митинг».1442

По свидетельству Виктора Ивановича, штаб по организации вече включал весь Оргкомитет Российской коммунистической рабочей партии (РКРП), лидером которой он был. Однако, когда я поинтересовался у него, кто именно входил в Оргкомитет и как среди его членов распределялись обязанности, Виктор Иванович, пересыпая свою речь матом, раздраженно начал говорить о стихийности и ответа на поставленный вопрос не дал. Не удалось мне выяснить у него, кто должен был выступить на «вече» и чем планировалось его завершить.1443

Поскольку с призывом явиться на вече выступала не только «Трудовая Россия», с подобными же вопросами я обратился к И. В. Константинову. К моему удивлению, он заявил, что никакой договоренности у руководства ФНС с «Трудовой Россией» или РКПР о подготовке Всенародного вече не существовало. Поэтому никто конкретно в ФНС за его подготовку и организацию не отвечал.1444

Не смог я получить ответ на эти вопросы и у лидеров РПК Натальи Олеговны Глаголевой, которая тогда была заместителем председателя Политсовета ЦИК РПК1445, и у Евгения Александровича Козлова. Причем Е. А. Козлов прямо заявил, что вопрос об участии РПК в организации воскресного митинга на Октябрьской площади в руководстве партии специально не обсуждался и он не помнит, чтобы Политсовет назначал кого-нибудь ответственным за его проведение.1446

Из этого вытекает, что вся ответственность за организацию Вече лежала на РКРП, «Трудовой России» и лично на В. И. Анпилове. Но возможно ли, чтобы организация, готовящая митинг, ограничилась бы только объявлением о нем, не назначив ответственных за его проведение лиц, не распределив между ними обязанности, не наметив выступающих, не заготовив проекта принимаемого документа и т. д.? Когда об этом я спросил Е. А. Козлова, на счету которого проведение не одного митинга, он, не задумываясь, ответил: «Нет».1447

Такой же ответ на этот вопрос я получил и от И. В. Константинова.1448

Еще более удивительно другое. Когда на Октябрьской площади стали собираться откликнувшиеся на призыв «Трудовой России» люди, а милиция пустила в ход дубинки, В. И. Анпилов исчез с площади и попытался увести с неё своих товарищей по партии – весь свой «оргкомитет».

Объясняя этот шаг, он пишет: «Надо как-то раздробить силы противника. Передаю через своих записку Владимиру Гусеву: "Уезжаю на Площадь Ильича. Передай по цепочке нашим: будем строить баррикады у завода". Мой расчет был прост: завтра, 4 октября – понедельник, и если баррикада на Площади Ильича продержится до начала рабочего дня, то мы не только отвлечем ОМОН, но и расширим географию народного восстания до металлургического завода "Серп и Молот", где наверняка получим поддержку рабочих».1449

«Раздробить силы противника» – это хорошо. Но на кого бросал лидер «Трудовой России» собравшихся по его призыву на Октябрьскую площадь людей? Когда я попытался получить у В. И. Анпилова ответ на этот вопрос, он с пролетарской прямотой указал мне на дверь.1450

Выходит, что Всенародное вече являлось лишь приманкой, посредством которой днем 3 октября людей собирали на Октябрьскую площадь. На самом деле никакого «вече» лидеры «Трудовой России» проводить не планировали. Видимо зная, как будут развиваться события дальше и не желая участвовать в них, Виктор Иванович предпочел вместе со своими соратниками передислоцироваться в другое место.

Если около 12.00 милиция поторапливала пассажиров на выход, то когда к 14.00 там появился служащий Министерства социальной защиты А. Коренев, он увидел: «Площадь у выхода из метро была оцеплена ОМОНом, пространство вокруг памятника Ленину – тоже. По громкоговорителям периодически призывали всех расходиться, сообщая, что митинга не будет».1451 О том, что «митинг запрещен», другой очевидец, М. Матюшин, услышал около 14.00 прямо «на станции метро «Октябрьская», еще поднимаясь на эскалаторе.1452

Между тем далеко не все возвращались обратно. Количество людей у метро «Октябрьская», где скрещиваются четыре

крупные дорожные магистрали -Ленинский проспект, Крымский вал, улица Димитрова (Большая Якиманка) и Житная улица, – продолжало увеличиваться.

Поскольку милиция блокировала вход на площадь, выходившие из метро толпились на тротуарах по обеим сторонам Ленинского проспекта, «движение по которому, – как пишет Э. 3. Махайский, – перекрыто не было».1453 Однако, как уточняет другой автор, «городского транспорта нигде не было видно, причем на Садовом кольце тоже».1454

В оценке количества собравшихся на Октябрьской площади к 13.30-14.00 авторы расходятся: А. Тарасов называет 3,0- 3,5 тысячи1455, инженер Э. З.Махайский – 7 тысяч1456, американский журналист П. Хлебников – около 10 тысяч1457, начальник Главного управления по охране общественного порядка МВД генерал В. В. Огородников – 25 тысяч.1458

Участников митинга могло быть гораздо больше, если бы накануне, 2 октября, лидер КПРФ Г.А. Зюганов не призвал своих сторонников воздержаться от участия в митингах, демонстрациях и забастовках.1459

Для многих это выступление являлось неожиданным.

2 октября 2006 г. я обратился к Г. А. Зюганову с просьбой объяснить причину его телевизионного выступления, но ответа не получил.1460

Существует версия, будто бы накануне сопредседатель фракции «Коммунисты России» в Верховном Совете Виктор Ильич Зоркальцев имел встречу с кем-то из представителей Кремля. Во время этой встречи КПРФ предъявили ультиматум: или она отходит в сторону и получает возможность, сохранив свои силы, принять участие в предстоящей избирательной кампании, или же против нее будут применены санкции, которые сделают невозможным прохождение ее кандидатов в Государственную думу. Не веря в возможность победы парламента, руководство КПРФпредпочло капитулировать.

На мой вопрос о том, проводил ли Кремль подобную работу с лидерами КПРФ,Г.А. Зюганов тоже отвечать не стал. Между тем В. И. Зоркальцев в телефонном разговоре со мною заявил, что приведенная выше версия не имеет под собою никаких оснований.1461

По мере того как на Октябрьской площади собирался народ, к расположенному рядом зданию Министерства внутренних дел (ул. Житная, 16) «подтягивались военные грузовики. Из них выпрыгивали сотни солдат и бегом по парапету министерства выстраивались в оцепление. На тротуаре в несколько рядов колыхались щиты и каски других цепей эмвэдэшников».1462 По некоторым данным, к 14.00 здесь находилось более 1000 омоновцев.1463

Около 13.00 из метро «Октябрьская» (кольцевая) на Ленинский проспект вышел И. В. Константинов. Он рассчитывал увидеть на площади организаторов Всенародного вече, но никого из них не было.1464

Вскоре здесь же появился журналист К. А. Черемных. Один из первых, с кем он столкнулся, выйдя из метро, был растерянный Илья Константинов. От него он и узнал, что главный организатор Всенародного вече В. И. Анпилов уехал на площадь Ильича.1465

Такое вряд ли бывало: созвать людей на митинг, а затем бросить их на произвол судьбы.

 

Брошенный митинг

Не найдя организаторов Всенародного вече и опасаясь, что первая же попытка открыть митинг закончится его разгоном, И. В. Констнатинов решил увести людей на площадь Ю. А. Гагарина, чтобы провести митинг там. Сделав подобное объявление по мегафону, он начал строить колонну на Ленинском проспекте. К этому времени сюда со Смоленской площади подошел В. Г. Уражцев. Вместе с ним они повели людей в сторону Шаболовки.1466

«В 13.50 к демонстрантам, – вспоминает Э. 3. Махайский, -стоявшим на четной стороне Ленинского проспекта в самом его начале, подошел депутат Константинов и предложил всем проходить по тротуару в сторону 1-й Градской больницы до первого перекрестка, где и состоится митинг. Народ потопал в указанном направлении».1467

«Сначала Константинов, потом Уражцев», вспоминал позднее другой участник тех событий «рабочий Павел», «по-

вели людей» куда-то «по тротуару вдоль Ленинского проспекта».1468

Когда колонна отошла от Октябрьской площади, И. В. Константинов оглянулся и увидел, что не все последовали за ним. Передав В. Г. Уражцеву мегафон, он решил вернуться назад и привести остальных.1469

Причина, по которой часть людей осталась на Октябрьской площади, заключалась в том, что именно в это время здесь была сделана попытка открыть митинг.1470

Кто же взял на себя такую инициативу?

В те самые минуты, когда И. В. Константинов и В. Г. Уражцев повели людей на площадь Ю. А. Гагарина, у метро «Октябрьская» появился А. В. Крючков. Он приехал со своими сторонниками от Моссовета.

«На Октябрьской площади, – вспоминал А. В. Крючков, – когда мы туда прибыли – это примерно без пяти минут два – к сожалению, никого из известных лидеров оппозиции не было… Пользуясь своими правами руководителя штаба ФНС и располагая сведениями, что меня к этому времени уже знали как основного ведущего митинга с балкона Белого дома, я решил, что называется, взять командование на себя. Поднявшись на небольшой выступ – возвышение около метро «Октябрьская – кольцевая», я открыл митинг через мегафон».1471

В интервью Вячеславу Тихонову А. В. Крючков заявил, что, делая такой шаг, он решил «попытаться собрать народ» и «если народа будет достаточное количество, то двинуться на прорыв блокады» Белого дома. План лидера РПК заключался в том, чтобы вывести людей на Ленинский проспект, догнать колонну, возглавляемую В. Г. Уражцевым, повернуть ее обратно, а затем уже всем вместе через Крымский вал направиться, «как предполагалось заранее», к Белому Дому.1472

Когда построенные А. В. Крючковым демонстранты двинулись в сторону Шаболовки, они увидели, что навстречу им идет другая колонна. Оказывается, через некоторое время после того как И. В. Константинов ушел к метро «Октябрьская», В. Г. Уражцев вопреки достигнутой ими договоренности повернул людей назад и повел их обратно на Октябрьскую площадь.1473 Сделал ли он это по собственной инициативе или же получил чью-то команду, требуется выяснить.

А. В. Крючков угверждал, что посвятил И. В. Константинова в свои планы и получил с его стороны одобрение.|474 Илья Владиславович не только отрицает это, но и утверждает, что, когда увидел идущих к Октябрьской площади демонстрантов, не мог скрыть своего удивления.1475 По всей видимости, именно в этот момент один из участников тех событий услышал, как лидер ФНС, обращаясь к окружающим, растерянно произносил: «Скажите, кто, кто и куда их ведет?»1476

Бросившись затем к подошедшему В. Г. Уражцеву, И. В. Константинов, если верить ему, попытался уяснить для себя, что все это означает, но тот послал его на три буквы.1477

Тем временем А. В. Крючков дал команду своей колонне повернуться на 180 градусов, демонстранты, приведенные В. Уражцевым, оказались у нее в хвосте, после чего они вдвоем повели людей на Октябрьскую площадь.1478 В этот момент из станции метро вышли В. В. Кафельникова и В. А. Кафельников. Здесь у выхода еще стоял человек с мегафоном и приглашал всех идти небольшими группами в сторону Шаболовки. Когда Кафельниковы направились туда, то увидели, что навстречу им по Ленинскому проспекту идет огромная толпа, к которой они и присоединились.1479

В этой колонне находилась Т. И. Денисенко. Когда в третьем часу она вышла из метро «Октябрьская», то увидела следующую картину:

«Народу было очень много… Кто-то сказал нам, что все пошли по Ленинскому проспекту и митинг будет где-то дальше. Поднялись наверх, через узкий проход двойного оцепления милиции и ОМОН, пошли по Ленинскому проспекту. Прошли несколько метров и увидели огромную колонну людей, первые ряды которой, взявшись за руки, шли во всю ширину проспекта к Октябрьской площади. Мы быстро влились в колонну, оказавшись близко к передним рядам. Стало ясно, что разогнанные люди, отступив по проспекту, сформировались в колонну и смело пошли вперед. Скандировались лозунги: "Фашизм не пройдет", "Вся власть Советам!"».1480

Вспоминая этот момент, Э. 3. Махайский, который из метро направился к 1-й Градской больнице, пишет: «Дошли до больницы, но в это время раздались призывы остановиться. Обернулись и увидели "разбухавшую" толпу в районе Октябрь-

ской площади. По цепочке передали, чтобы ушедшие вперед возвращались назад. Пока шли обратно, толпа перекрыла движение транспорта на проспекте у дома 3 и стала занимать Октябрьскую площадь».1441

Как вспоминает К. А. Черемных, когда на Ленинском проспекте появилась колонна демонстрантов, омоновское оцепление возле метро и на проспекте как будто бы испарилось.1482 «Блокада со стороны Ленинского проспекта почему-то отсутствовала, – пишет И. Иванов. – И оттуда примерно в 14.10 появилась стройная колонна демонстрантов… Эта колонна беспрепятственно достигла середины Октябрьской площади. В этот момент словно растаяли, рассыпались многочисленные оцепления и площадь превратилась в бурлящий людской котел».1483

А. Коренев пишет, что «весьма многочисленная колонна демонстрантов» подошла «со стороны Ленинского проспекта» «примерно в 14.15».1484

«Когда первые ряды колонны прошли площадь и вышли к улице Димитрова, – дополняет Т. И.Денисенко,- колонна встала… Поперек улицы Димитрова стоял заслон из ОМОНа, походивший на средневековых рыцарей: все в бронежилетах, в касках, со щитами и дубинками… Депутат Уражцев ходил на переговоры от остановившейся колонны к ОМОНу и обратно».1485

Подобные переговоры не имели смысла и в том случае, если предполагалось проводить митинг на Октябрьской площади, и в том случае, если планировалось направить демонстрантов в сторону Белого дома. Неужели В. Уражцев хотел вести колонну по улице Димитрова к Кремлю?

Многие ожидали, что на Октябрьской площади начнется митинг.

Однако, по свидетельству И. Иванова, неожиданно для большинства «в центре площади образовалось некое плотное людское ядро, которое резко двинулось на Садовое кольцо, в направлении Крымского моста».1486 О том, что, «пройдя площадь», «людской поток» «резко повернул на девяносто градусов, прорвав цепочку милиционеров, выстроившихся в несколько рядов», – пишет и Р. С. Мухамадиев.1487 Из воспоминаний Т. И. Денисенко явствует, что это произошло после того, как В. Уражцев вернулся с переговоров.1488

Поскольку для многих такое развитие событий было неожиданным, из толпы раздались недоуменные голоса: «Ты куда? Мы же так не договаривались. Митинг назначен здесь, на "Октябрьской". Но с Садового кольца уже неслись призывы: "Вперед, к Белому дому!…"».1489

Кто же тогда так резко и неожиданно для многих изменил ход событий?

Отмечая, что в тот момент на площади командовали два человека: И. В. Константинов и В. Г. Уражцев, причем главную роль играл последний, уже упоминавшийся народный депутат Р. С. Мухамадимев пишет: «…и теперь одного его зова было достаточно, чтобы заполнившие тротуары и дворы люди дружно последовали за ним».1490

Бывший депутат Государственной думы Т. Астраханкина пишет, что в толпе находились «провокаторы» – «одетые в гражданское сотрудники МВД», которым и «удалось направить толпу численностью 1000-1500 человек на прорыв умышленно ослабленного оцепления, стоявшего на Крымском мосту».1491

На этот факт обращает внимание и Ю. М. Воронин: «Когда масса стала критической – до 10 тыс., – провокаторам, одетым в штатское сотрудникам МВД и МБ, удалось направить демонстрантов на прорыв оцепления».1492

«3 октября, – отмечает А. А. Марков, – разведка фиксировала десятки спецназовцев, переодетых в гражданскую форму одежды, которые внедрялись в ряды демонстрантов. Все они принимали активное участие в прорыве милицейских кордонов».1493

О том, что среди митингующих на Октябрьской площади действительно находились «одетые в гражданское сотрудники МВД», мы узнаем из рапорта начальника Управления уголовного розыска ГУВД Москвы Ю. Г Федосеева: «03 октября по поручению начальника СКМ ГУВД т. Куликова И. В. силами сотрудников УУР, УЭП, РОУП, УСС, ОПГ (всего 70 человек) мною было организовано наружное наблюдение во время проведения митинга и демонстрации по маршруту Калужская площадь – Дом Советов РФ».1494

Несколько иначе объясняет происшедшее А. В. Руцкой:

«Митинг начался, как обычно, с выступления организаторов, – пишет он. – И тут же по периметру митингующих на-

чал действовать ОМОН,на глазах у всех избивая людей и затаскивая окровавленных демонстрантов в милицейские фургоны. ОМОН явно провоцировал собравшихся на ответные действия. Ждать пришлось недолго. Разъяренная толпа вступила в потасовку. И вот, озлобив и спровоцировав на активные действия огромную массу людей, ОМОН и внутренние войска, намеренно разрушая свои боевые ряды, начали отступать на заранее подготовленные позиции. Почувствовав силу, уже неуправляемая масса демонстрантов… перешла в наступление».1495

Примерно так же описывает эти события и А. Тарасов. По его словам, «неожиданно появившиеся в большом количестве "каски" со стороны здания МВД "сами стали сгонять собравшихся на площади и вытеснять их" в сторону Крымского моста».1496

Между тем, по свидетельству очевидца, «ельцинские служаки», установив «плотные заслоны со стороны французского посольства и заслон у Института стали и сплавов», оставили «узкую щель в сторону ЦПКО им. Горького».1497

А вот свидетельство другого очевидца: «В 14.00 собираемся на Октябрьской. До полка ОМОНа не дают нам пройти к памятнику. Оцепление почти круговое, открыты только Ленинский [проспект] от центра и Садовое к Парку культуры».1498

Подобную картину рисует еще один очевидец, отмечая, что милиционеры на Октябрьской площади «стояли настолько плотно, что пройти через них демонстрантам, которых было тысяч пятнадцать, было невозможно. Единственное место -свободное, куда могли пройти демонстранты с Калужской площади, – это проход в сторону Крымского моста».1499

Вполне возможно, что имели место все названные факты: и то, что путь всторону Крымского моста оказался открыт, и то, что, начав вытеснение демонстрантов с Октябрьской площади, милиция сама направила их на Крымский вал, и то, что впереди колонны оказались крепкие рослые парни, которые неожиданно для многих повели собравшихся именно в этом направлении.

В связи с этим заслуживает внимания следующее свидетельство А. В. Руцкого. «Еще до начала митинга, – вспоминает он, – где-то в 11.30 ко мне пришли представители мини-

стерства безопасности и внутренних дел, – с тем, чтобы предупредить о готовящейся серьезной провокации, Ельцин дал указание "силовым" министрам в течение суток покончить с В[ерховным] С[оветом] раз и навсегда».1500

Как отреагировал на это А. В. Руцкой? Он сразу же начал разыскивать В. И. Анпилова и И. В. Константинова, а когда это не удалось, вступил в переговоры с представителями «Трудовой России», которые появились в здании парламента около 13.20.1501

Для чего же они понадобились А. В. Руцкому? Оказывается, для обсуждения вопроса о том, как привести собравшихся на Октябрьской площади к Белому дому. Трудороссы предложили, чтобы шествие демонстрантов возглавили В. П. Баранников и А. Ф. Дунаев. Исполнявшему обязанности президента эта идея понравилась, но оба министра отвергли ее.1502

Несмотря на то что утром 3 октября руководителям Белого дома не удалось встретиться с организаторами Всенародного вече, А. В. Руцкой имел возможность контролировать события, разворачивавшиеся на улицах столицы. С этой целью он отправил на Октябрьскую площадь своего помощника А. В. Федорова.1503 Андрей Владимирович имел при себе рацию и мог держать с Белым домом постоянную связь.1504

Поэтому возникает вопрос, не согласовывал ли В. Уражцев свои действия с А. В. Руцким?

Отвергая версию о провокации и утверждая, что события развивались по сценарию, разработанному в Белом доме, уже упоминавшийся А. В. Черкасов подчеркивает, что такой поворот был неожиданным не только для многих демонстрантов, но и для МВД, которое готовилось к тому, что с Октябрьской площади митингующие выйдут на Садовое кольцо и повернут не налево, а направо, поскольку «шествие было заявлено организаторами от Октябрьской площади до площади Ильича».1505

Автор книги «Тайны октября 1993 года» Семен Чарный тоже отвергает версию о провокации, тоже пишет о том, что сделанный на Крымский вал поворот был неожиданным для МВД, но мотивирует это тем, что 3 октября митингующие планировали шествие до площади Гагарина.1506 К сожалению, документы, связанные с разрешением этого митинга, пока неизвестны. Не указывают на них ни С. Чарный, ни А. Чер-

касов. Между тем, по свидетельству В. И. Анпилова, который подавал заявку на проведение данного митинга, он был разрешен на Октябрьской площади. И ни о каком шествии в заявке не говорилось.1507

В доказательство того, что развитие событий на Октябрьской площади оказалось для МВД неожиданным, А. Черкасов приводит радиопереговоры двух заместителей начальника московского ГУВД. «Омск [Кононов] – Памиру [Киселеву]: "Колонна повернула на сторону Крымского моста. Как поняли?"»

Минут через пять в штабе МВД поняли, что движения демонстрантов в этом направлении допустить нельзя. Надо было определить рубеж, на котором их следует остановить и произвести передислокацию сил.

«Омск – Памиру: "Надо производить передислокацию ваших сил. Определить рубеж, определить, где нам их останавливать. Их нельзя сюда пускать"»…

«Памир – Омску: "Резерв сейчас я бросил на Крымский. Но если они пойдут – прорвут". Омск: "Так зачем резервы? Надо… снимать ваши наряды основные, перебрасывать, и искать рубеж и останавливать… и применять "черемуху", больше мы ничего не сделаем… они все поломают"».1508

Из этого разговора действительно можно сделать вывод, что названные сотрудники милиции оказались не готовы к подобному развитию событий. Но это-то как раз и является странным. Поскольку заранее было известно, что на Октябрьской площади планируется митинг, милиция обязана была на всякий случай перекрыть и Крымский вал, и Крымский мост, так как отсюда открывался путь не только к Белому дому, но к Кремлю.

И действительно, накануне перед столичной милицией была поставлена четкая задача «создать схему оцепления у "Октябрьской"».1509

Поэтому, если, блокируя проход на Житную улицу и улицу Димитрова, сосредоточив там не менее тысячи омоновцев и перекрыв ее грузовиками, милиция оставила без серьезного прикрытия поворот на Крымский вал, это означает только одно – руководство МВД сознательно направляло демонстрантов именно в эту сторону.

Через Крымский мост

Когда «людской поток, пройдя площадь, резко повернул на девяносто градусов», вспоминает Р. С. Мухамадиев, путь ему на Крымский вал преградила «цепочка милиционеров, выстроившихся в несколько рядов». Однако и они, и «стоявшие сплошной стеной омоновцы» даже не попытались задержать демонстрантов и «рассыпались по сторонам».1510

Этот поворот в развитии событий произошел примерно в 14.15-14.20.1511

По свидетельству Р. С. Мухамадиева, «целиком заполнив Садовое кольцо», «колонна шириной в тридцатъ-сорок метров» двинулась к Крымскому мосту. «Первыми прошли богатырского сложения здоровенные парни. За ними последовали мужчины средних лет, женщины, люди пенсионного возраста».1512

О том, что в первых рядах шли молодые и рослые парни, свидетельствуют и другие участники тех событий.1513 Причем А. И. Колганов утверждает, что впереди колонны, «немного опередив основную массу людей», шел «авангард -человек 500-600». «В их первых рядах – 40-60 человек, смахивающих на боевиков». В своей массе это были мужчины от 25 до 40 лет. Причем у некоторых лица были закрыты шарфами. «Среди них кто-то отдавал команды».1514

Как же в этих условиях вела себя милиция?

Здесь прежде всего необходимо учитывать следующее обстоятельство: «…по закону, – пишет А. С. Куликов, – за охрану общественного порядка отвечает старший оперативный начальник того субъекта Федерации, где выполняется эта задача», поэтому «решения, которые диктовала постоянно меняющаяся ситуация», должен был принимать начальник ГУВД города Москвы генерал Владимир Иосифович Панкратов.1515 Днем 3 октября он находился в мэрии, где был оборудован Временный командный пункт (ВКП) ГУВД Москвы для руководства действиями против Белого дома.1516

«Но, – читаем мы в воспоминаниях А. С. Куликова, – чувство тревоги не покидало меня утром 3 октября», и «я, сообразно свойствам своего непоседливого характера, добился от министра права советом и делами воздействовать на процесс охраны общественного порядка в Москве».1517

В связи с этим, подчеркивает А. С. Куликов, «мои действия носили характер поддержки и в соответствии с действующей в МВД вертикалью власти проявлять собственную инициативу я мог только тогда, когда мои полномочия не вступали в конфликт с полномочиями Панкратова и курировавших его в масштабе страны генералов из центрального аппарата министерства – Александра Куликова и Вячеслава Огородникова».1518

В том, что командующий внутренними войсками МВД

A. С. Куликов в воскресенье 3 октября находился на своем рабочем месте, не было ничего необычного, для этого не требовалось разрешения министра. Не требовалось ему разрешения министра и для того, чтобы в соответствии со своими полномочиями принимать те или иные решения, касающиеся внутренних войск.

Следовательно, чего-то Анатолий Сергеевич не договаривает.

Если верить ему, когда «в половине второго» он выехал «из основного здания МВД на Житной», «возле памятника

B. И. Ленину» находилось всего лишь «несколько сот человек», через час ему сообщили, «что на Октябрьской площади находится крайне наэлектризованная толпа, насчитывающая примерно двадцать-тридцать тысяч человек».1519

Находившийся тогда на Октябрьской площади И. И. Сапегин тоже обратил внимание, что небольшая толпа очень быстро превратилась в людское море.1520

«Я – пишет А. С. Куликов, – военный человек, неплохо знающий, сколько времени может занять сбор батальона, полка, дивизии. Массовое накопление и перемещение людей имеет свои законы и только на первый взгляд кажется хаотичным. В этот раз я сразу же почувствовал руку очень опытного организатора, который в течение нескольких десятков минут смог направить процесс по нужному ему руслу. В стихийность подобных процессов я не верю: где-то в толпе находился и руководил действиями людей волевой, хорошо спланировавший операцию командир. Я чувствовал его особый почерк в организации маневра, и это помогло мне отбросить все сомнения по поводу видимой стихийности митинга».1521

«Теперь, – пишет А. С. Куликов далее, – я понимал, как будут развиваться действия. Многотысячный передовой от-

ряд манифестантов, используя грузовики, обязательно попробует смять милицейские цепочки на Крымском валу, Крымском мосту и Зубовской площади и дальше, по Садовому кольцу, двинется в сторону Белого дома для прорыва нашего оцепления. Не было никаких сомнений, что события будут разворачиваться по давно выученной схеме, но с поправками на сегодняшний день: мэрия Москвы, телевидение, телеграф, телефон».1522

«Вот этот размашистый почерк не дал меня обмануть и заставил действовать так, чтобы в этом противоборстве не проиграть неведомому мне командиру манифестантов ни в уме, ни в быстроте принимаемых решений. На его стороне была инициатива, на нашей – вовремя разгаданный замысел его операции. Не медля ни секунды, я отдал приказ отряду "Витязь" выдвинуться к Белому дому, а генералу Баскаеву – готовить все резервы, которые уже прибыли из Подмосковья и располагались на улице Подбельского». 1523

Все было бы хорошо, если бы не два обстоятельства.

Как уже отмечалось, даже по самым скромным оценкам, между 13.30 и 14.00 на Октябрьской площади находилось не несколько сот, а несколько тысяч человек. Причем самая высокая оценка принадлежит бывшему тогда начальником Главного управления по охране общественного порядка МВД генерал-лейтенанту В. В. Огородникову, которому в 13.00 В. Ф. Ерин через своего заместителя А. Н. Куликова поручил взять события на Октябрьской площади под свой контроль.1524

Зачем же А. С. Куликову понадобилось искажать данные о численности собравшихся на митинг к 13.30? А для того, чтобы, с одной стороны, объяснить, почему до 14.30 МВД не предпринимало действий для локализации событий на Октябрьской площади, с другой стороны, продемонстрировать свою прозорливость после 14.30. Между тем, когда около 14.15 демонстранты повернули на Крымский вал, не нужно было быть генералом, чтобы понять, куда они могут пойти дальше.

Однако дело не только в этом.

А. С. Куликов допустил одну досадную ошибку. Он поторопился поделиться своими первыми воспоминаниями об октябрьских событиях 1993 г. на страницах книги «Москва,

осень-93» еще в 1994 г.1525 Так мы узнали, что 3 октября около 13.30, проезжая мимо Октябрьской площади, он насчитал на ней около 500 человек, а через полчаса ему стало известно, что на площади собралось 12 тысяч человек.1526

Между тем в 1994 г. Анатолий Сергеевич не только не писал о своей прозорливости, иначе нужно было бы объяснить свое бездействие с 14.00 до 14.30, но и заявлял, что смог понять замысел организаторов митинга только позднее, когда демонстранты подходили к Белому дому.1527

Лгать, оказывается, сложнее, чем убивать. Для этого нужно думать.

Это тем более следует подчеркнуть, что замыслы организаторов Всенародного вече, оказывается, не были тайной за семью печатями.

«Как потом выяснилось», пишет Р. С. Мухамадиев, участники запланированных на 3 октября митингов, «собирались мирными колоннами направиться к зданию Верховного Совета. Депутатам об этом было известно заранее. Москвичи тоже загодя оповещены по телевидению и через местные газеты. Следовательно, милиция и органы государственной безопасности имели время принять свои меры. Ничего неожиданного для них не было».1528

О том, что это действительно было так, мы узнаем из интервью Алексея Бенедиктова. Оказывается, накануне Всенародного вече «Эхо Москвы» пригласило к себе В. Г. Уражцева. Выступая в прямом эфире, он не только получил возможность объявить о намеченных митингах, но и открыто призвал москвичей идти к Белому дому.1529

«…Руководству Министерства внутренних дел Российской Федерации и ГУВД Москвы, – отмечается в докладе Комиссии Т. А. Астраханкиной, – было известно не только о санкционированном Моссоветом митинге на Октябрьской площади , но и о готовившемся после него несанкционированном шествии к Дому Советов Российской Федерации».1530

Итак, несмотря на то что МВД заранее располагало информацией о планах «организаторов» «Всенародного вече», оно начало действовать только около половины третьего. Следовательно, оно сознательно давало событиям выйти за пределы Октябрьской площади.

К тому времени, когда демонстранты подходили к Крымскому мосту, относится следующий радиоразговор, обнародованный А. Черкасовым:

«Омск: "Это мы понимаем, что они к Белому Дому идут. У вас сил очень много, и все они остались без дела ". Памир: "Хорошо…" Омск: "Давайте быстро на передислокацию. Значит, ориентировочно направляйте силы на Зубовскую площадь…"» Как отмечает А. Черкасов, в 14.30 был отдан приказ о переброске на Зубовскую площадь «400 человек со спецсредствами и вооружением». Омск: '"Подготовить к выезду весь ваш резерв. 400 единиц. 400 единиц, со спецсредствами и со всем вооружением. Значит исходный рубеж – Зубовская площадь… Вести по Садовому кольцу"».1531

Из этого явствует, что, во-первых, МВД не собиралось остановить демонстрантов на Крымском мосту и готовилось к их встрече лишь на Зубовской площади, во-вторых, оно не планировало останавливать их и на Зубовской площади, так как направило туда до смешного незначительные силы – всего 400 человек. И это несмотря на то, что, по словам руководителей ГУВД Москвы, у них было «очень много» сил и «все они» оставались «без дела». О том, что руководство МВД не ставило перед собою задачи остановить демонстрантов, свидетельствует и команда «Омска»: «вести» демонстрантов от Зубовской площади «по Садовому кольцу».

Между тем демонстранты уже подходили к Крымскому мосту. Показательно, что только в этот момент было приказано блокировать его. «На наших глазах, – вспоминает очевидец, – его перекрывает стена омоновских щитов».1532 Как будто бы этого нельзя было сделать раньше.

Поскольку Крымский мост возвышается не только над рекой, но и над набережной, перед ним дорога идет на подъем, образуя своеобразную эстакаду. Эта часть дороги – около 150 метров с одной стороны и около 100 метров с другой стороны реки – справа и слева имеет ограждение, сливающееся с ограждением на мосту. Именно здесь, как отмечается в книге И. Иванова, «в районе отводных лестниц» и был поставлен ОМОН.1533 В результате, когда колонна вышла на подъем к мосту, люди уже «не могли идти в сторону, они были обречены идти вперед на оцепление».1534

«Мы наблюдаем… – пишет Р. С. Мухамадиев. – Вот идущие впереди уже вступили на Крымский мост, а Октябрьская площадь все еще не освободилась… Я никогда до этого не видел такого скопления народа… На самой середине моста образовалась железная стена, через которую не пролетит и птица. Сотрудники ОМОНа каким-то образом смастерили ее из своих щитов».1535

«Казалось, – вспоминает другой очевидец, – ничто не может прорвать эту преграду: 1-й ряд – стоят на одном колене и упирают щит об асфальт, 2-й ряд – стоят и держат щиты поверх 1 ряда и, наконец, 3 ряд – держат щиты поверх 2 ряда на вытянутых вверх руках».1536

«Людской поток, – пишет Р. С. Мухамадиев, – все ближе подходит к этой стене. Сейчас вот-вот на самой середине моста через Москву-реку произойдет страшное столкновение. ОМОНу дан приказ не отступать ни на пядь. А колонну… теперь уже ничем не остановить. Это ведь не Первомайская демонстрация… Тут – естественная стихия, желание отомстить за избиения в течение десяти-пятнадцати дней».1537

А вот свидетельство Т. И. Денисенко: «На подъеме моста стоял ОМОН. Не доходя метров семь, десять передние ряды демонстрации остановились».1538 В. В. и В. А. Кафельниковы пишут, что колонна остановилась метрах в 30 от заслона.1539 И. Иванов отмечает, что «при приближении демонстрантов мост ощетинился» и «колонна остановилась в 100 метрах».1540 Из документов явствует, что «колонна была остановлена в начале Крымского моста».1541

Тем временем, пишет Т. И.Денисенко, «с Октябрьской площади все шли и шли люди… Впереди стоял заслон. Он выглядел зловеще. Солдат практически было не видно, одни щиты, два ряда вверх и два ряда над головами… Каждая минута ожидания в этом противостоянии становилась все напряженней. От первых рядов по цепочке передали просьбу к женщинам переместиться дальше, в середину колонны».1542

«В первых рядах, – пишет С. Чарный, – шли боевики (или, если "патриотов" так больше устраивает, дружинники), вооруженные заточками, арматурой и пр.».1543 Действительно ли это было так, мы не знаем, так как ссылок на использованные источники в книге С. Чарного нет, а совершенно необоснованных утверждений много.

Втот момент стало очевидно, что омоновский заслон был выставлен посредине «моста» не только для того, чтобы заставить взошедших на «мост» демонстрантов идти вперед и сделать невозможным их рассеивание. Когда демонстранты вышли на Крымский мост, между руководителями МВД состоялся следующий разговор:

«Амур [Егоров, замначальника ГУВД]: "Я нахожусь на Крымском мосту. Нужно еще силы, чтобы не было доступа в тыл нашим… с Зубовской площади". Омск: "Я понял… Я направляю наряды на Зубовскую площадь, но на мосту их нельзя останавливать. Там могут быть неприятности. Их нельзя там останавливать. Их можно немножко придержать"».1544

Когда колонна остановилась, для переговоров с омоновцами направилась группа демонстрантов.1545 По свидетельству В. В. и В. А. Кафельниковых, она состояла из 3-4 человек.1546 Из интервью А. В. Крючкова явствует, что в переговорах, кроме него, участвовали И. М. Братищев, И. О. Маляров и В. Г. Уражцев.1547

«В колонне, – пишет Т. И. Денисенко, – все меньше разговаривали. Муж сожалел, что пошел со мной, иначе он бы был в самых первых рядах. Мы стояли на уровне седьмого или восьмого ряда от начала колонны».1548

И тут на мосту что-то произошло. Что – еще требует выяснения. Не исключено, что именно в этот момент, как пишет один из очевидцев, «какой-то подонок в маске», «подъехав на пожарной машине, выстрелил из помпового ружья поверх голов», «…выстрел раздался как из хорошей пушки».1549

Этот первый выстрел был явно провокационным. Вряд ли «подонок в маске» надеялся этим выстрелом рассеять или напугать толпу. Вероятнее всего, он провоцировал ее на более решительные действия.

«…в первых рядах произошло какое-то движение, колыхание, возмущение. И колонна без команды двинулась вперед».1550 Если верить И. Иванову, кто-то запел песню «Варяг», ее подхватили и пошли напролом.1551

«Мы… не отрываем глаз от моста… – пишет Р. С. Мухамадиев. – Между передними рядами колонны и железной стеной осталось всего метров пятнадцать-двадцать. С той стороны стены из громкоговорителя раздался голос:

– Остановитесь! Образумьтесь! Проход на ту сторону моста категорически запрещен… Остановитесь! Остановитесь!…

В этом возгласе, кроме предупреждения, послышались и предчувствие беды, и страх… Установилась тревожная тишина. Сжимается сердце. Чем все это кончится?! Вдруг из группы депутатов, которые вели за собой всю колонну, раздался хриплый голос Уражцева. Он потребовал:

– Освободите дорогу! Дайте дорогу народу!… Даю тридцать секунд, – и тут же… стал считать: – Осталось двадцать секунд… пятнадцать… Десять… Пять… секунд.

Расстояние между железной стеной и людским потоком сокращается на глазах. Осталось не более семи метров… пять… три… И вот передние ряды, словно сорвавшись с цепи, что есть силы бросились на железную стену из щитов».1552

Восстановить то, что произошло дальше, очень трудно.

Когда колонна «уткнулась» в «стену щитов», пишет Р. С. Мухамадиев, у многих возник вопрос: «Чем сражаться?… Сотни рук вцепляются в трещины на асфальте, взламывают его. После 1 мая многие не верили нам, что можно голыми руками взломать асфальт. Можно! В этот миг вся твоя ненависть и ярость переливаются в руки. Вперед! Град асфальта и кулаки».1553

Понимая, что «взломать асфальт» просто так «голыми руками» даже в порыве «ненависти и ярости» невозможно, И. Иванов пишет: «История научила: оружие демонстрантов – камни. Люди добывали их, выковыривая асфальт из трещин на дорожном покрытии моста. Но добытого хватило только на первый бросок, домашних заготовок не было!»1554

И. Иванов не участвовал в этих событиях. Р. С. Мухамадиев наблюдал за ними издалека. Поэтому описывать их они могли только с чужих слов. Между тем журналист В. Германов, который являлся их очевидцем, утверждает, что видел «провокаторов, достающих из полиэтиленовых пакетов камни».1555 Были ли это действительно провокаторы или же предусмотрительные демонстранты, сказать сейчас трудно.

Еще более важный факт сообщает А. Колганов, находившийся в это время среди демонстрантов.

«Я обратил внимание, – пишет он, – что на мосту, на проезжей части, вдоль бордюра пешеходной дорожки валяются

небольшие куски асфальта, не вывороченные из мостовой – она была неповрежденной – а лежащие на ней сверху».1556

Факт потрясающий. Была продумана даже такая мелочь!

«Сошлись, – пишет Т. И. Денисенко. – Это было на подъеме моста, поэтому передних было видно. По их головам из-за панциря щитов задубасили дубинки. Я видела, как одному мужчине попали в голову, он обхватил ее руками, полилась кровь… мне на минуту стало страшно…»1557

«Началась драка, – пишет И. Иванов, – скрежет щитов, удары дубинок, крики, мат, первая кровь».1558 А вот свидетельство Э. 3. Махайского: Беспорядочно задвигались щиты, над головами замелькали дубинки, раздались крики и свист».1559

«Площадка на мосту будто застонала, – пишет Р. С. Мухамадиев. – Железная стена с треском раскололась. Между двумя потоками началась не поддающаяся описанию схватка. Омоновцы орудовали резиновыми дубинками и железными щитами, а те, что шли впереди людского потока, сопротивлялись кулаками и ногами. Те, кто шел чуть сзади, начали бросать камни и куски железа…"Хлоп да хлоп, тук да тук… Ах да ух…" -только и слышалось на первых порах».1560

«Голыми руками, по которым били дубинками, – вспоминает Т. И. Денисенко, – молодые мужчины и парни хватались за щиты. Удалось раздвинуть два щита. В этот разъем тут же потекли люди. ОМОН стали растаскивать сбоку и сзади. Все произошло в считаные минуты».1561

«…В одном, потом в другом месте, – пишет очевидец, -появились бреши, затем они стали стремительно нарастать – это сила народного гнева пробила, как таран, неодолимую броню из милицейских щитов. А дальше неустрашимый поток людей устремился на Крымский мост».1562

Наблюдавший за происходящим со стороны Э. 3. Махайский утверждает, что сражение продолжалось не более двух минут, после чего «щиты стали "сдвигаться" к лестницам и "сползать" вниз к набережной».1563

«В этот миг, – пишет Р. С. Мухамадиев, – я впервые в жизни воочию увидел, на что способны народные массы: когда они сплачиваются воедино, какую они обретают силу! Здоровенные омоновцы, только что стоявшие стеной, рассеялись, как щепки».1564

Как отмечается в «Анафеме», кроме омоновцев, «в заграждении стояли военнослужащие внутренних войск, совсем мальчишки. Кто успел, убежал по боковым лестницам вниз. Но странное дело: они не убегали к машинам на безопасное расстояние, а стояли… около моста, прикрываясь щитами от камней. Видимо, приказа отступать в случае столкновения не было! За их спиной на безопасном расстоянии маячили группки эмвэдэшного и гражданского начальства. Оставшиеся на мосту побитые солдаты были испуганы, многие плакали, но больше от обиды, ведь поставили их против собственных же отцов. Этих ребят никто не добивал, что в условиях многотысячной разъяренной толпы было просто невероятно! Наоборот, женщины, пожилые мужчины окружали их, оказывали помощь, поднимали лежащих и отводили к лестницам. Ни один солдат в столкновении не погиб!»1565

Когда цепь прорвали, часть омоновцев бросилась бежать, демонстранты побежали за ними.1566 Причем, если верить И. Иванову, это был не стихийный порыв, кто-то дал команду «пройти мост бегом, чтобы колонну не блокировали и не рассеяли на нем» 1567

«Во время прорыва, – пишет Э. 3. Махайский, – с моста слышалась стрельба одиночными выстрелами (всего насчитал 20 выстрелов). Оказалось, что стреляли газовыми патронами омоновцы, отступавшие за мост в направлении эстакады».1568 О стрельбе на мосту газовыми патронами вспоминают и другие участники этого прорыва.1569

Когда за мостом один из участников оглянулся, «конца колонны не было видно. С обочин их снимали многочисленные телеоператоры. Люди скандировали: "Руцкой – президент! Банду Ельцина под суд! Свободу Белому дому!"1570

По свидетельству М. Матюшина, колонна «растянулась километра на два».1571 По свидетельству А. Коренева, «когда колонна демонстрантов растянулась на Крымском мосту, стало видно, что в ней тысяч 200».1572 И. М. Братищев считает, что в прорыве участвовало не менее 300 тысяч.1573 «Сто, двести или даже более тысяч» называет Т. И. Денисенко.1574

Насколько можно верить названным цифрам?

Для того чтобы понять это, необходимо учесть, что от Октябрьской площади до Белого дома около 3 километров. Это

максимум 3-4 тысячи шеренг. В самом широком месте Садовое кольцо имеет 16 полос: 8 с одной стороны и 8 с другой. Это – около 32 метров, то есть не более 40-50 человек в одном ряду. Следовательно, если бы демонстранты заполнили все пространство от Октябрьской площади до Белого дома, их могло быть максимум 120-200 тысяч.

Между тем и шеренги были уже, и расстояние между ними больше, и длина колонны меньше. Даже если допустить, что колонна занимала половину пути, взять в шеренге 30 человек и расстояние между ними около метра, мы получим не более 50 тысяч человек. Поэтому можно утверждать, что, по самым оптимистическим расчетам, в шествии принимали участие не сотни, а несколько десятков тысяч демонстрантов.

Э. 3. Махайский утверждает, что на Октябрьской площади собралось 16-17 тысяч человек, из которых на Крымский вал ушли «примерно 10-12 тыс.», а около 5-6 тысяч человек остались на площади митинговать.1575 Примерно так же (10- 15тысяч) определял численность демонстрантов, направившихся к Белому дому А. Колганов.1576 По мере приближения к Белому дому численность демонстрантов увеличивалась.

А. С. Куликов пишет, что, когда ему стало известно о прорыве заграждений на Крымском мосту, он пережил шок.

Но, подчеркивает он, «в тяжелой ситуации я никогда не теряю самообладания. Это не хвастовство, а просто свойство моего характера. Кто-то начинает терять голову, кто-то махнет для уверенности стакан-другой водки. Но именно тогда – получив известие о прорыве цепочки на Крымском мосту – первый и последний раз в жизни я испытал удар, который едва смог выдержать. Просто и отчетливо вдруг встали перед глазами все последующие события. Наступила какая-то странная, опустошительная ясность в душе. То удивительное состояние, когда окружающий тебя воздух будто утрачивает жизнь и уносится в широко распахнутые двери, вслед за вышедшими по твоей воле людьми. И в этом пространстве, где ты остаешься в одиночестве, мгновенно текут секунды, и ты начинаешь осознавать, что собственная жизнь уже мало что значит для тебя. Легче протянуть руку, достать пистолет и разом покончить со всем. Что это потрясение не лечится ничем, кроме как выстрелом, который будет оглушительным и

дымным в этом кабинете на Красноказарменной улице, но в нем будет достаточно силы, чтобы перенести меня туда, где все происходящее уже не имеет ни цены, ни смысла, ни боли».1577

«Вот через что я прошел в ту минуту, – пишет А. С. Куликов, – и запомнил ее на всю жизнь. В тот момент действительно все выскочили из кабинета передать информацию, что прорвана цепочка. Люди ушли передавать приказ о перемещении отряда "Витязь" и о подготовке резервов в Московском округе. Именно тогда я понял, что могу сейчас взять и застрелиться».1578

Что же так потрясло А. С. Куликова? Ведь еще несколько минут назад он прозорливо разгадал коварный замысел противника и не мог не понимать, что в те считаные минуты, которые оставались для выхода демонстрантов на Крымский мост он, захваченный таким поворотом дел врасплох, ничего не может сделать, чтобы остановить их на мосту. Почему же его рука не потянулась к пистолету тогда? И почему она потянулась к нему через 10-15 минут, когда у него еще было время, чтобы усилить оцепление Белого дома и задержать демонстрантов на Садовом кольце? Ответ на эти вопросы может быть только один: все это не более чем художественный вымысел, чтобы придав поведению генерала элемент благородства.

Но послушаем его дальше.

Узнав о произошедшем на Крымском мосту, пишет он, «я позвонил заместителю министра внутренних дел России генералу Александру Куликову, чтобы поделиться своей обеспокоенностью», но, если верить Анатолию Сергеевичу, его однофамилец «раздраженно» отрезал: "…Не вмешивайся. Там есть кому командовать! Там генерал Панкратов"».1579

«Что я мог противопоставить этой кабинетной уверенности в сверхъестественные возможности Панкратова? – восклицает А. С. Куликов. – Чем я мог помочь своим безоружным солдатам, которых в эти минуты давили машинами1580и буквально сметали на своем пути ожесточенные люди?… Все, что мог в эту минуту, так это связаться с генералом Анатолием Романовым, своим заместителем, находящимся на передовом командном пункте в мэрии Москвы, и проинформировать его о том, что стало мне известно в последний момент».1581

Как мы знаем, распоряжение подготовить «схему оцепления» Октябрьской площади ГУВД Москвы получил еще 2 октября, планы организаторов Всенародного вече были известны заранее, и, несмотря на это, в самый решающий момент на Крымском мосту оказалось лишь около 330 бойцов внутренних войск.1582

Между тем, как уже отмечалось, к 14.00 на Житной улице, непосредственно около Октябрьской площади, находилось не менее тысячи омоновцев. К этому следует добавить, что тогда же в ожидании команды на Крымском валу за Домом художника стояли еще 3,5 тысячи омоновцев.1583 Этих сил вполне было достаточно, чтобы если не остановить, то по крайней мере надолго задержать демонстрантов на Крымском валу.

Крымский мост можно было сделать неприступным и без этих сил. Для этого достаточно было перегородить его грузовиками, которые тоже стояли на Октябрьской площади и на Крымском валу в бездействии.

Все это дает основание думать, что милиция лишь имитировала стремление остановить демонстрантов. Подобные мысли у некоторых демонстрантов появились почти сразу же:

«Уже на Крымском мосту, – вспоминает один из очевидцев, закрадывалось сомнение – что-то необычно легко прорываются заслоны. Что-то палят, палят "черемухой" а в толпу падают всего 2-3 шашки. Никого не останавливают, только подзадоривают».1584

Знакомство с дальнейшим развитием событий еще более усиливает эти сомнения.

 

От Крымского моста до Смоленской площади

Толпу можно было задержать у Парка культуры и на Зубовском бульваре, пишет А. Тарасов, но никто сделать этого даже не попытался.1585

Захваченная врасплох на Октябрьской площади, пытавшаяся, но не сумевшая остановить демонстрантов на Крымском мосту милиция, утверждает А. Черкасов, смогла мобилизовать дополнительные силы лишь к тому времени, когда демонстранты подошли к Зубовской площади.1586

Между тем, по свидетельству В. Г. Уражцева, у метро «Парк культуры» была сделана новая попытка остановить колонну. Снова кто-то запел «Варяга», и демонстранты опять пошли на штурм милицейского заслона. «Завязалась драка», и заслон был прорван в несколько минут.1587

Поэтому, когда сюда подошли другие демонстранты, они увидели здесь остановленные троллейбусы и военные грузовики.1588 «Машин очень много, – вспоминает А. И. Колганов, – они стоят вдоль Садового кольца. Из них и не пытаются выстроить заграждение (как это делалось неоднократно в других местах)». Между тем, «машин достаточно, чтобы заграждение получилось практически непреодолимым».1589

Милицейский заслон, отмечает Т. И. Денисенко, «фактически… бежал, как мне показалось, легко уступив дорогу демонстрантам. Однако люди озлобились. Ведь никто не был вооружен, и поэтому, когда слева по пути оказался строительный забор, реконструкции какого-то здания, мужчины бросились на него, повалили и стали "вооружаться". Кто доской, кто трубой, кто чем мог. Мой муж тоже вооружился: "Не допущу, чтобы меня убивали безоружным!" Демонстрация удваивалась и утраивалась. После Крымского моста присоединилось еще очень много людей».1590

«За мостом, – пишет В. Масленников, – на наших глазах из рядов демонстрантов выбежало несколько парней, они открыли кабины у одного из стоявших военных грузовиков, завели его и, водрузив красный флаг, двинулись во главе колонны».1591

Заслон на Крымском мосту был прорван около 14.40, а через десять-пятнадцать минут демонстранты уже подошли к Зубовской площади.1592 Как мы уже знаем, они двинулись на Садовое кольцо около 14.15. Однако из справки ГУК ВВ МВД РФ от 3 октября 1993 года явствует, что старший начальник ГУВД Москвы В. И. Панкратов отдал распоряжение о переброске резервов из зоны 2 (300 военнослужащих) и зоны 6 (50 военнослужащих) лишь в 14.35.1593 Безоружные солдаты прибыли на Зубовскую площадь, где до этого находился обычный милицейский наряд, только в 14.50, то есть когда туда уже подходила колонна демонстрантов.1594 Этих 350 человек было явно недостаточно, чтобы остановить многотысячную колонну демонстрантов.

«Садовое у Зубовской разгорожено по осевой – идет ремонт, – вспоминает очевидец. – ОМОН перекрывает внешнюю полосу, мы тут же обходим его по внутренней, бомбя камнями во фланг. Колонна лобовым ударом сметает заслон».1595 В этом прорыве демонстранты впервые использовали грузовики.1596

Что поражает во всем этом? Не только отсутствие необходимой оперативности, но и невероятно скромные силы, брошенные на перехват колонны демонстрантов. Причем это был не опытный ОМОН, а невооруженные солдаты внутренних войск. Может быть, у милиции не хватало сил?

Ничего подобного. Численность московской милиции осенью 1993 г. достигала 100 тысяч человек, «не считая дивизии имени Дзержинского, курсантов МВД, многочисленных отрядов спецназа и ОМОНа как центрального подчинения, так и направленных в Москву в конце сентября из многих регионов России».1597

Не использовались даже те силы, которые имелись в распоряжении милиции на месте событий. Ранее уже отмечалось бездействие милиции, находившейся на Житной улице, на Крымском валу и у Парка культуры. А когда в 15.00 Э. 3. Махайский забежал в один из переулков возле Зубовской площади, то «рядом с телефонной станцией» увидел «роту омоновцев со щитами, дубинками и в касках». Их тоже держали в резерве.1598

Когда на Зубовской площади появилось около 350 солдат внутренних войск, они, по свидетельству А. С. Куликова, прибыли на 12 грузовиках.1599 Казалось бы, что проще – перегородить ими Садовое кольцо. Однако никто «не додумался» до этого, хотя подобный опыт у милиции был. Это означает, что МВД даже не пыталось задержать демонстрантов у Зубовской площади. Более того, если верить А. С. Куликову, после того как демонстранты прорвали кордон, солдаты внутренних войск разбежались, бросив на месте событий 10 из 12 грузовиков.1600

«Противник добегает до своих грузовиков, – пишет один из очевидцев, – ставит завесу из газа и пытается грузиться. Колонна с ходу прорывается через газ и лезет на грузовики. ОМОН бежит. Шоферы бегут, кто не бежит – тех выбрасывают из кабин. Один из них, ошалевший от страха мальчишка,

поливая нас газом из баллона, жмет на акселератор и давит человека… Того относят на тротуар…».1601 И. Иванов утверждает, что этот эпизод «документирован видеоматериалами».1602

Прорвав символическое заграждение на Зубовской площади, демонстранты устремились дальше

«Выскочив к эстакаде, – вспоминает Э. 3. Махайский, – увидел, что ядро колонны демонстрантов – 3-4 тыс. человек – уже приближается к зданию пресс-центра МИД, в то время как остальные догоняли их, рассыпавшись по всему пространству Зубовского бульвара и далее по мосту и Крымскому валу (расстояние между отдельно идущими демонстрантами составляло в среднем 15-20 шагов). От ушедших вперед постоянно неслись призывы: "Быстрее!", "Догоняйте!", "Не отставайте!", "Подтягивайтесь!". Кто-то проехал на велосипеде от Зубовской площади к эстакаде, обращаясь к отстающим с подобными же призывами. Пробегая мимо станции метро "Парк культуры", отметил про себя, что все ларьки в этом месте целы и невредимы и вокруг них идет обычная торговая суета. Часть пассажиров, выходивших из метро, присоединялась к демонстрантам .На углу возле Провиантских складов стоял "Икарус" с омоновцами».1603

«Несколько минут,- читаем мы в "Анафеме", – и авангард останавливается у магазина "Богатырь": впереди Смоленская площадь полностью окружена большим количеством касок. Кольцо в районе гастронома надежно перекрыто двумя рядами щитов, за ними техника, несколько брандспойтов. Щиты на выезде с Киевского моста и на Арбате. Площадь перед МИДом безлюдна, а напротив, в маленьком скверике люди, среди которых иностранцы, журналисты с камерами. Авангард строится во всю ширину Садового кольца, ожидая пока подтянутся основные силы».1604

По свидетельству Э. 3. Махайского, «голова колонны» подошла к Смоленской площади в 15.04.1605 Тогда же, в 15.05, здесь появился корреспондент «Известий» В. Белых. «…Поднявшись с набережной Москва-реки на Смоленскую площадь, – писал он на следующий день в своем репортаже, -я увидел щиты милицейского заслона, разбегающихся прохожих и испуганных продавцов… Вскоре показалась огромная толпа, идущая по Садовому кольцу от Парка культуры».1606

Как отмечает Р. С. Мухамадиев, «на Смоленской площади, вернее, на повороте, невдалеке от здания Министерства иностранных дел, толпу поджидали пожарные машины. Они были выстроены так, что загородили всю улицу. Вдруг мы встрепенулись от неожиданности. Послышались хлопки, похожие на взрывы». Некоторые восприняли это как стрельбу, но оказалось, что «в толпу, приближающуюся к пожарным машинам, пустили так называемую "черемуху", слезоточивый газ».1607

И тогда вперед пошли захваченные автомашины.

«Грузовик со стягом, – пишет И. Иванов, – набирая скорость, несется на щиты, за ним бегут люди». Расстояние между двумя сторонами быстро сокращается. И вдруг, не доезжая до омоновцев 50 метров, грузовик «резко разворачивается и скрывается за бегущими на щиты людьми».1608

Можно допустить, что в самую последнюю минуту водитель грузовика испугался. Можно допустить, что у него не выдержали нервы. Не каждый способен бросить машину на людей. Но возможно и то, что за рулем находился провокатор, перед которым ставилась задача увлечь демонстрантов за собою, что он и сделал.

После этого на площади развернулось настоящее сражение.

Опять загремели выстрелы. По свидетельству одних, стреляли «газовыми патронами»1609. По свидетельству других, здесь раздались первые «автоматные очереди и одиночные выстрелы»1610. «Послышались крики, стоны… – пишет Р. Мухамадиев. – Но в передних рядах паники еще не было… Наоборот, передние восприняли это как сигнал к решительным действиям. Со всех сторон стали раздаваться возгласы "Ура!", "В атаку!"».'611

Р. С. Мухамадиев насчитал не менее двадцати пожарных машин, обрушивших на колонну потоки пенящейся воды. «На площади, битком забитой людьми, начался настоящий потоп». А «по ту сторону от пожарных машин людей уже поджидали бравые омоновцы. Противная сторона тоже не растерялась. В стекла машин полетели булыжники», «стали стаскивать с кабин устроившихся там пожарных. Еще несколько минут спустя противопожарные брандспойты один за другим были направлены в противоположную сторону. Пенистая вла-

га теперь полилась на сотрудников милиции, они отступили… Когда мы подошли к месту побоища, пожарные машины были опрокинуты, отброшены на обочину, а одна даже была подожжена».1612

«Мы шли, была слышна пальба, – вспоминает Т. И. Денисенко, – в толпу пускали слезоточивый газ, и, похоже, что не только слезоточивый. У меня начало болеть сердце. Мимо правого уха просвистела пуля. От газа очень першило горло, разъедало глаза. Все, у кого были платки и шарфы, сделали себе маски, натянули до глаз свитера. На Смоленскую площадь мы вошли в момент прорыва заслона уже на другом ее конце… Солдаты прятались в автобусах. Некоторые разъяренные демонстранты били окна в них… Автобусы с солдатами спешно уезжали».1613

«Нет, – пишет И. Иванов, – не ожидали эмвэдэшники такого прорыва безоружных людей и не были к нему готовы. Растерянные, они не смогли в полной мере подчиниться и раздавшемуся здесь в 15.00 приказу об открытии огня на поражение. Не решились тогда расстрелять своих же сограждан… Демонстранты в рукопашной отняли у эмвэдэшных стрелков несколько автоматов».1614

Таким образом, мы видим, что и на Смоленской площади милиция не ставила перед собою задачу остановить демонстрантов. И здесь для блокирования улицы не были использованы автомашины. И сюда стянули совершенно незначительные силы, из которых удалось построить заслон всего лишь в 2-3 ряда.

Но самое интересное заключается в другом.

Как и на Зубовской площади, заслон перекрывал здесь не всю площадь, а только ее часть, что во многом лишало его смысла. Поэтому если одна часть колонны, ведомая ее руководителями, пошла на милицейский кордон, то другая стала обходить кордон с «правого фланга».1615

Поэтому в то время как одни демонстранты вели бой на Смоленской площади, другие, обогнув милицейский заслон, устремилась далее к Калининскому проспекту.

По одним сведениям, демонстранты прорвали заслон на Смоленской площади в 15.05, по другим – в 15.10.1616

От Смоленской площади к Белому дому

«После "взятия" Смоленской площади, – вспоминает Р. С. Мухамадиев, – те молодцеватые парни, что шли во главе колонны, совсем уверовали в свои силы, потому что до конечной цели осталось совсем немного – до проспекта Калинина рукой подать. А оттуда – и… до здания Верховного Совета».1617

От Смоленской площади до Калининского проспекта (Новый Арбат) 5-10 минут ходьбы. Можно было ожидать, что милиция попробует задержать колонну на перекрестке Садового кольца и Калининского проспекта.

На подходе к Калининскому проспекту Садовое кольцо разделяется на три полосы: правая и левая поднимаются наверх, средняя часть проходит под проспектом через тоннель. Здесь остановить демонстрантов было гораздо проще, чем у Смоленской площади. Однако никто даже не попытался сделать этого.

Более того, если до воскресенья милиция контролировала этот район, то 3 октября там заграждений «уже не было».1618 По утверждению А. С. Куликова, когда первые демонстранты появились на Калининском проспекте, здесь их ожидал небольшой заслон, состоявший всего из 200 человек.1619

Куда же делись остальные? Оказывается, их перевели в другое место.

Объясняя этот факт, генерал В. В. Огородников заявил в одном из интервью: «Если честно, наши силы не были рассчитаны на то, что произошло. Основную оборону мы заняли со стороны площади Восстания, а со стороны Нового Арбата стояла жидкая цепочка».1620

Спрашивается, а зачем нужно организовывать «основную оборону» «со стороны площади Восстания», если колонна демонстрантов шла по Садовому кольцу к Белому дому с другой стороны – от Октябрьской площади?

Иначе объяснил действия милиции министр внутренних дел В. Ф. Ерин. По его словам, когда демонстранты вышли на Калининский проспект, со стороны Белого дома началась стрельба по милиции. «…Милиция, – утверждает он, – была передислоцирована», потому что «было бы абсурдно держать милиционеров под огнем автоматов, гранатометов, пулеметов и снайперов».1621

Тогда В. Ф. Ерин не знал, что Главным управлением командования внутренними войсками МВД РФ будет составлена специальная «Справка»1622, посвященная этим событиям, и в ней будет написано, что «огонь из стрелкового оружия» «со стороны Белого дома» был открыт только после того, как «начался штурм заграждений»1623, то есть когда демонстранты подошли к самому Белому дому

Оставляя пока в стороне вопрос о том, кто в кого стрелял при «штурме заграждений» вокруг Белого дома, отмечу только то, что стрельбы по милиции из Белого дома в тот момент, когда демонстранты выходили на Калининский проспект, названная «Справка» не зафиксировала. Значит, ее не было.

Необходимо отметить, что к скрещению Садового кольца и Калининского проспекта демонстранты подошли не ранее 15.10 – не позднее 15.20, однако, по свидетельству одного из очевидцев, с Калининского проспекта «омоновцев начали перемещать» уже в 14.50-15.001624. А вот еще одно свидетельство: «…части оцепления, – вспоминает один из участников тех событий, – на моих глазах начали отводить от Дома Советов… тогда, когда колонна еще только шла на мост», то есть в 14.10-14.301625

По словам К. Илюмжинова, «вокруг "Белого дома1'… было пять или шесть рядов омоновцев со щитами, с бронетранспортерами. В воскресенье, когда шел митинг на Смоленской площади, почему-то резко, днем, охрану омоновцев сняли с "Белого дома'1. Оставили только милиционеров без оружия. И охрана мэрии, которая была, тоже куда-то делась».1626

Как известно, 3 октября митинг на Смоленской площади продолжался с 12.00 до 13.00. Это значит, передислокация сил, находившихся в оцеплении Белого дома, производилась уже тогда.

По утверждению «Коммерсанта», 2 октября в оцеплении вокруг Белого дома «находилось от 3 до 5 тысяч вооруженных бойцов». 3 октября «до прорыва демонстрантами блокады -они быстро и незаметно исчезли».1627

2 октября в 18.55 разведка Белого дома сообщила, что в оцеплении вокруг здания парламента начались серьезные перемещения: «Специальные подразделения, предназначенные для действий против масс на улицах, оснащенные

спецсредствами, сняты с позиций и передислоцируются в центр города. Они заменяются линейными частями милиции и внутренних войск, очевидно, не способными к активным наступательным действиям».1628

И далее: «Как указывалось в нашем донесении от 4 ч. 15 м. 3.10.93, "в кольце обороны Белого Дома в течение ночи со 2 на 3 октября наблюдалось дальнейшее ослабление заградительных линий противника… Милицейское оцепление было отведено и заменено оцеплением внутренних войск, стянутых с периферии, численностью до взвода… Дальнейшая активность в течение ночи… носила все признаки подготовки к снятию оцепления1'… Результаты нашего анализа позволили сделать заключение, что "в течение 3.10.93 блокада Белого Дома будет… прекращена"».1629

Может быть, под влиянием переговоров 2 октября Кремль решил пойти на мир с Белым домом и начал подготовку к его деблокированию?

Ничего подобного.

2 октября «министром внутренних дел был утвержден план организационных мероприятий МВД России по обеспечению правопорядка и общественной безопасности в период массовых мероприятий в г. Москве 3-4 октября с. г, (№ 1/4339 от 2 октября 1993 г.)»1630

Обратите внимание, 2 октября уже был утвержден план действия милиции на 3-4 октября. Следовательно, распоряжение о составлении его было дано никак не позднее 1 октября. Это значит, что к пятнице, когда еще только-только начались переговоры в Свято-Даниловом монастыре, МВД знало, что они закончатся ничем, знало, что 3 октября начнутся события, к которым следовало быть готовым.

В чем именно заключался утвержденный план, пока не известно, но известно, что согласно ему «для оперативного реагирования и локализации возможных нарушений общественного порядка создавались подвижные группы резерва министра внутренних дел в составе 200 человек с местом дислокации у здания по улице Житная, д.16».1631

«2 октября, – пишет А. С. Куликов, – мы ощутили, что ситуация изменилась, а потому нами был создан резерв, находящийся в 15-минутной готовности, а командующий внутрен-

ними войсками Московского округа получил задачу на выдвижение в Москву тех частей внутренних войск, которые называются специальными моторизированными частями и несут службу в одежде сотрудников милиции. Части из Владимира, Тулы, Орехова-Зуева, Сергиева Посада, учебные подразделения из Лунева и Тулы начали выдвигаться к столице. Они шли на помощь тем соединениям, которые уже несли службу в Москве».1632

Таким образом, мы видим, что 2 октября МВД считало, что ситуация в столице не улучшается, а обостряется. В связи с этим оно уже в субботу начало стягивать в столицу дополнительные силы.

Выступая 5 октября по телевидению, начальник Управления МБР по Москве и Московской области Е. Савостьянов дал понять зрителям, «что его сотрудники были в курсе всех тайных планов Белого дома», в том числе знали о готовящемся его деблокировании.1633 «…Мы знали планы боевиков», – заявил 7 октября на пресс-конференции В. Ф. Ерин.1634

Заявления В. Ф. Ерина и Е. Савостьянова не были голословными.

Накануне этих событий «начальник московской милиции Владимир Панкратов» открыто заявил, «что оперативные данные свидетельствуют о подготовке защитниками Верховного Совета вооруженного прорыва блокады».1635

«Поздно вечером членов штаба и других руководителей ГУВД, – вспоминает бывший начальник Московского уголовного розыска Ю. Г. Федосеев, имея в виду вечер 2 октября, – в пожарном порядке собрали на экстренное совещание. Торжественный… в парадной форме Панкратов в присутствии внешне беспристрастного руководителя администрации президента Филатова и лощеного вице-премьера Сосковца, которые должны были как бы подтвердить высочайшее одобрение всего происходящего, поставил задачу "по обеспечению общественного порядка во время митинга и несанкционированного шествия от Октябрьской площади к Белому дому"».1636

«…О том, что в Белом доме готовится прорыв оцепления», заявил в одном из интервью и В. В. Огородников. При этом он подчеркнул: соответствующую «оперативную информацию» «мы получили» еще «29 сентября».1637

На первый взгляд, в этом не было ничего удивительного. Вспомним упоминавшиеся ранее листовки с призывом к деблокированию Белого дома, вспомним призыв В. Уражцева по «Эху Москвы». Удивительно другое. Оказывается, решение о деблокировании Белого дома стало известно в МВД в тот самый день, когда оно было утверждено на встрече Е. А. Козлова с В. П. Баранниковым.

Итак, есть все основания утверждать, что МВД заранее знало о подготовке прорыва блокады Белого дома.

Но если В. Ф. Ерин, В. И. Панкратов и Е. Савостьянов были в курсе «всех тайных замыслов Белого дома», значит, они сознательно ничего не предпринимали, чтобы не допустить массового скопления митингующих на Октябрьской площади, сознательно ничего не делали, чтобы не допустить прорыва митингующих на Садовое кольцо, сознательно не приняли никаких мер, чтобы задержать демонстрантов на Крымском мосту, у Парка культуры, на Зубовском бульваре, на Смоленской площади, на повороте с Садового кольца на Калининский проспект.

Но вернемся к этому повороту, куда демонстранты подошли около 15.10-15.15. Как уже отмечалось, здесь Садовое кольцо разделялось на три полосы. Вход в тоннель бы заблокирован.

«Подступы к мосту… – вспоминает Р. С. Мухамадиев, имея в виду тоннель под Калининским проспектом, – были перекрыты машинами "Урал" и автобусами. В кузовах – работники милиции. Я не понял, по какой причине, но они не пошли против народа. По всей вероятности, они были в резерве, поэтому продолжали сидеть на месте. А может, им поручено было охранять находящееся неподалеку посольство Соединенных Штатов. Во всяком случае, была, видимо, какая-то причина бездействия, иначе они не стали бы проявлять такую терпимость».1638

Однако главное здесь в другом. Поскольку грузовики блокировали вход в тоннель, перед демонстрантами бы открыт только один путь – на Калининский проспект

«Как ни странно, – вспоминает Р. С. Мухамадиев, – он был безлюдным, словно встречали какую-нибудь иностранную делегацию». Отмечая отсутствие движения на Калинин-

ском проспекте, Р. С. Мухамадиев пишет, что его остановили примерно за два часа до того, как там появились демонстранты, то есть еще около 13.00.1639

Размышляя по этому поводу, он пришел к выводу, что милиция остановила движение на Калининском проспекте потому, что ждала здесь появления демонстрантов еще тогда, когда они только-только собирались на Октябрьской площади. Но если в 13.00 ожидалось их появление здесь, значит, милиция уже тогда не собиралась останавливать демонстрантов ни на Крымском мосту, ни Смоленской площади. Это невольно рождало мысль о том, что события развивались не стихийно, а «по загодя составленному сценарию». Но Р. С. Мухамадиев не хотел верить в это и отгонял от себя подобные мысли.1640

По утверждению А. В. Руцкого, едва первые демонстранты вышли на Калининский проспект и стали поворачивать налево к мэрии и Белому дому, как загремели выстрелы.1641

«Не успели передние ряды колонны выйти на Калининский, – пишет Р. С. Мухамадиев, – как в людей начали стрелять со стороны столичной мэрии. Стрельба шла из десятков автоматов. Были ли погибшие после этого залпа – не могу сказать. По-видимому, это было сделано скорее для предупреждения и устрашения. Все же вдоль улицы просвистели пули, посыпались разбитые стекла из окон домов».1642

Кто же открыл этот огонь?

«…По бушевавшей толпе и отступающему ОМОНу на повороте с Садового кольца на Новый Арбат, – утверждает А. В. Руцкой, – из снайперских винтовок и автоматического оружия с крыш домов начали бить наемники и "трассовщики-чердачники" из ГУОП – Главного управления охраны президента».1643

Таким образом, стрелять стали еще до того, как демонстранты подошли к Белому дому. И первые выстрелы прогремели не по омоновцам, а по демонстрантам.

«Толпа… – пишет Р. С. Мухамадиев, – качнулась вперед. Кто-то присел на корточки, кто-то лег. Другие прижались к тротуару или отступили назад…Я впервые в жизни услышал свист летящих ко мне пуль. Они, оказывается, издают свист, похожий на шипение майского жука… Мимо нас пробежали молодые ребята. Один из них кричал:

– Захватить машины! Под мост!… Под мост!…

К этой группе присоединились другие, их оказалось довольно много. С молниеносной быстротой они очутились у машин, что стояли под мостом. Не стали трогать сидящих в кузовах милиционеров, зато начали одного за другим вытаскивать из кабин шоферов и офицеров. Парни садились за рули и заводили большегрузы… Все произошло в мгновение ока. Если даже допустить, что это было заранее запланировано и тщательно подготовлено, – операция была проведена блестяще».1644

Захваченные военные грузовики «Урал» один за другим устремились из тоннеля на Калининский проспект.1645 Прошло несколько мгновений, и все изменилось. «Словно исчезла боязнь смерти, точно так, как было на фронте… – пишет Р. С. Мухамадиев. – В этот миг я сделал для себя вывод: разъяренных людей ничем нельзя напугать – ни резиновыми дубинками, ни железными щитами и касками».1646

Стрельба, начавшаяся на Калининском проспекте, прекратилась, и демонстранты устремились к Белому дому.1647

А поскольку вход в тоннель был разблокирован, те, кто еще находился на Садовом кольце, вошли в тоннель и устремились далее по Садовому кольцу |648, затем они повернули налево в Большой Девятинский переулок, прошли мимо американского посольства и около 15.30 тоже вышли к «Белому дому» в районе Горбатого мостика1649.

«Во второй половине дня 3 октября, – вспоминает С. Н. Бабурин, – я был на 6-м этаже Дома Советов в крыле, обращенном к бывшему СЭВу. И невольно стал свидетелем, как отступавшие ряды омоновцев со щитами прошли по Новому Арбату к мосту и перекрыли все пути дальнейшего движения демонстрантам, кроме пути к Верховному Совету. На этом пути появились сначала разрозненные группы демонстрантов, а потом они уже хлынули волной».16'0

«На Новом Арбате, – пишет И. Иванов, – первые 80-100 человек бежали буквально в десяти метрах за спинами улепетывающих со всех ног эмвэдэшников, уже не встречая никакого сопротивления. Только каски убегавших мелькали перед глазами и скрывались во дворах. Побросав автобусы, они битком набивались в газующие легковушки и гнали по тротуарам к

набережной. И, наступая им на пятки, улюлюкая, даже не пуская в ход камни, бежал жиденький авангард демонстрантов».1651

Из справки ГУК ВВ МВД РФ явствует, что 150 военнослужащих были оттеснены к зданию мэрии в 15.25, а в 15.31 свои позиции у мэрии спешно покинул на четрых БТРах вооруженный резерв.1652

Через некоторое время «после того, как раздались первые залпы, – пишет А. В. Руцкой, – гул волнующейся массы стал приближаться к Дому Советов. Первыми показались спасавшиеся бегством от разъяренной толпы ОМОНовцы и солдаты внутренних войск, стоявшие до этого в заградительных кордонах. Перепуганные парни швыряли наземь свои щиты и дубинки. Часть их побежала к зданию мэрии, другая – через мост на Кутузовский проспект. В этот момент из мэрии и с крыш близлежащих домов раздались хлопки выстрелов».1653

«Повернув на Новом Арбате в сторону мэрии, – вспоминает Э. 3. Махайский, – увидел голову колонны, которая к этому времени растеклась по всему пространству перед мостом и поливальными машинами, преграждавшими путь к зданию Верховного Совета. В 15.28, пройдя половину пути между Садовым кольцом и мостом, услышал сначала одиночные выстрелы, а затем автоматные и пулеметные очереди со стороны мэрии».1654

«Вдруг, – пишет Р. С. Мухамадиев, – кто-то полоснул длинной автоматной очередью по толпе, которая бежала словно сорвавшись с цепи. Кто-то был ранен, кто-то упал замертво. Я и сам услышал, как мимо меня просвистели две пули. Невольно подкосились ноги – умирать не хочется. Но стрелявший оказался один, больше выстрелов не было. Милиционеры, потерявшие каски и железные щиты, беспорядочно перебежали мост и скрылись в направлении гостиницы "Украина"».1655

В нашем распоряжении имеется множество показаний, что стреляли по демонстрантам от мэрии.1656

На следствии находившаяся в колонне демонстрантов Л. Истринская заявила: «Когда у мэрии началась стрельба, я побежала в сторону Дома Советов. Через какое-то время я почувствовала боль, увидела, что у меня нога в крови, и потеряла сознание». Экспертиза показала, что либо Истринскую ра-

нил снайпер, стрелявший из мэрии или гостиницы «Мир», либо – шальная пуля.1657

В то же время на следствии обнаружилось, что стрельбе по демонстрантам у мэрии предшествовал выстрел по омоновцам. Один из очевидцев тех событий, Н. Андреев, показал, что, когда «первая колонна подошла к зданию мэрии, дорогу преградил ОМОН.Чуть правее я заметил парня в бронежилете. Я видел, как он упал. Через некоторое время несколько омоновцев бросились к нему Я слышал крики: "В нас стреляют", – после этого затрещали автоматы». Следствие пришло к выводу, что по омоновцу «стреляли с крыши гостиницы "Мир"», то есть свои.1658

А. В. Руцкой утверждает, что стреляли снайперы ГУОП, которые сначала произвели несколько выстрелов по омоновцам, потом по демонстрантам.1659 Цель этого понять нетрудно. Таким образом омоновцев провоцировали на стрельбу в безоружных людей.

По свидетельству Э. З.Махайского, выстрелы у мэрии раздались в 15.28.1660 А. Черкасов пишет, что они загремели около 15.30.1661 Такое же время называет И. Иванов.1662

А. Черкасов пишет, что стрельба продолжалась «в течение двух-трехминут».1663О том, что стреляли «в течение 1-1,5 минут», говорится в воспоминаниях Э. 3. Махайского: «Хорошо было видно, как при выстрелах очередями толпа сложилась "веером" от мэрии к жилому дому на противоположной стороне улицы, а часть демонстрантов бросилась врассыпную к Садовому кольцу. Одни кричали, что стреляют боевыми патронами и есть раненые, а другие призывали не бояться и проходить вперед, так как стрельба ведется холостыми и газовыми патронами». О том, что наряду с боевыми патронами стреляли и газовыми, свидетельствует то, что «по улице распространился запах газа и пороха. Многие демонстранты доставали носовые платки и прикладывали их к лицам».1664

В то время, когда первые демонстранты подошли к мэрии и оттуда по ним был открыт огонь, на еще почти безлюдный проспект Калинина, ревя моторами, колонной вышли восемь «Уралов» и двинулись к Белому дому.I66S

«Расстояние небольшое, – пишет Р. С. Мухамадиев. – Машины его могут преодолеть за какие-нибудь тридцать-сорок

секунд. К тому же беспрестанно стрелявшие из автоматов милиционеры то ли растерялись, то ли испугались – на какое-то время прекратили пальбу… Идущие с ревом машины, кажется, не на шутку встревожили сотрудников милиции. Они беспорядочно рассыпались по сторонам… Началась настоящая паника. Некоторые бежали, побросав железные щиты. Ходом событий на проспекте уже управляли приехавшие на захваченных машинах люди… к ним на помощь с победным кличем "Ура!" ринулся… людской поток».1666

В «Справке Главного управления командующего внутренними войсками МВД Российской Федерации» отмечается: «Весь путь от Калужской площади до Дома Советов протяженностью 3 км толпа прошла менее чем за час, совершая погромы, поджоги, сметая милицейские цепочки и войсковые наряды, захватывая технику и снаряжение».1667

В июне 2006 г. я трижды прошел путь от Октябрьской площади до Белого дома. В среднем это требовало около 50 минут. Поэтому демонстранты могли проделать этот путь «менее чем за час». Но если учесть, что при этом им пришлось преодолеть шесть милицейских кордонов, темп движения демонстрантов следует признать стремительным.

Прослеживая их маршрут от Крымского моста до Белого дома, А. Тарасов обратил внимание на то, что колонна двигалась по пути, который указывали ей отступавшие омоновцы: «Омоновцы бегут прямо до Смоленской площади, где стоит очередной заслон».1668 «Если бы не гонка за омоновцами, демонстранты могли бы вообще не столкнуться с кордонами на Смоленской площади, стоявшими ниже впадения Арбата в Садовое кольцо, а могли свернуть на Смоленскую улицу и по Смоленской набережной выйти к "Белому дому", не встретив никаких кордонов вплоть до линии его оцепления».1669

И здесь возникает другой вопрос, «почему кордоны стояли именно на пути следования от Октябрьской площади к Белому дому как "перстоуказующие"? Почему их не было на других направлениях? А если бы демонстранты свернули, например, на Кропоткинскую улицу, к Кремлю?… А если бы они пошли на Тверскую – к Моссовету? На Пушкинскую?… Откуда знали милицейские власти, по какому маршруту они должны ставить свои подозрительно непрочные кордоны?»1670

К этому следует добавить, что заслоны, выставленные на Садовом кольце, были совершенно несерьезными. На Крымском мосту толпу встречали 330 безоружных бойцов, у Зубовской площади – 250 человек, у Смоленской площади – 600.1671 Причем в основном это были плохо обученные для подобных действий курсанты милицейских школ.

Странно и то, что для блокирования улиц не использовались автобусы и машины, как это когда-то делалось на 1 мая и 7 ноября, как 3 октября была перекрыта Большая Якиманка и заблокирован вход в тоннель под Калининским проспектом.

Отмечая «удивительную легкость», с которой прорывались оцепления от Октябрьской площади до Белого дома, Э. 3. Махайский пишет: «Вспоминались события 23 февраля 1992 года и 1 Мая этого года, когда на пути демонстрантов выстраивались заграждения из тяжелых машин, из них же устраивались "мешки-ловушки" и улицы становились непроходимыми. Стала закрадываться мысль: "А не «гапоновщина» ли все это?"».1672

Касаясь событий 3 октября 1993 г., бывший начальник Московского уголовного розыска Ю. Г. Федосеев в своей книге «Записки начальника МУРа» пишет: «Я не могу отделаться от мысли, что происшедшее было заранее спланировано».1673

 

У Белого дома

Между тем жизнь в Белом доме шла своим обычным чередом.

«…В воскресенье, 3 октября, – вспоминает А. Залесский, – на втором этаже приготовили две комнаты для богослужения: малую церковь и исповедальню. Принесли иконы, свечи и священническое облачение. И вот в помощь о. Алексею из Свято-Данилова монастыря приезжают монахи… У престола микрофон, а рядом в коридоре у широких открытых окон устанавливаются громкоговорители для трансляции службы на улицу. Литургия в осажденном Доме!… Но как жаль, что из двух тысяч человек, находящихся в стенах Верховного Совета, действительно молящихся не набралось более пятидесяти… А хорошо ли слышно на улице? Не выдерживаю и спускаюсь вниз… Дым от костров стелется по площади. Ходят люди туда и сюда…

А дальше, за оцеплением, Москва живет своей обычной жизнью».1674

А вот воспоминания члена Союза писателей СССР, актрисы, Заслуженного деятеля искусств СССР Нины Кочубей: «За дни блокады, за дни "вечной темноты"… в коридорах скопилось немало мусора, пыли, окурков… Нахожу ведро, тряпку, щётки, пылесос… Я мыла и пела! На душе – странное дело -было радостно… Когда домыла на этаже последний подоконник, забралась на него, прислонилась спиной к оконному косяку, блаженно вытянула ноги. Из окна 6-го этажа отлично, как на ладони, вижу здание СЭВ, теперь – мэрии. Здание мрачно, без света… А вон там – Арбат. Всё какое-то серое… вдруг в этом сером пространстве вспыхнул огонёк… Да это же красное знамя! А вон – второе! Откуда? Кто их несёт? Боже, сколько народу, какая огромная человеческая толпа! Она движется сюда, к нам!… И я кричу во все лёгкие: "Трудовая Россия"! Они прорвались!" И все, кто был на этаже, прилипли к окнам».1675

По свидетельству Р. И. Хасбулатова, в 15.00 он по обыкновению начал встречу с журналистами.1676 Во время пресс-конференции спикер заявил: «Специалисты из ближайшего окружения Ельцина под пропагандистский шумок разрабатывают план штурма Белого Дома. Есть сведения, что к этому причастны специалисты других стран».1677

Через полчаса пресс-конференцию прервало появление А. В. Руцкого. Он сообщил, что ему по радиостанции удалось поймать команду: «Стрелять по демонстрантам!». В это время за стенами Белого дома послышался шум. Когда журналисты бросились к окнам, спикер пошутил: «Что, начался штурм?» и отправился в свой кабинет. А когда пришел туда, выяснилось, что демонстранты уже прорвались к Белому дому.1678

Сколько же их было? «По моим подсчетам, – пишет Э. 3. Махайский, -…на улицы Москвы вышло не более 50 тысяч человек – это с учетом сменяемости демонстрантов (одни уходили, а другие приходили). Одномоментно максимальное их число вряд ли превышало 35 тыс. человек». Возле Белого дома в момент снятия блокады Э. 3. Махайский насчитал около 25 тысяч.1679

Когда грузовики перегнали демонстрантов и приблизились к заграждению, а стоявшее перед ним милицейское оцепле-

ние разбежалось, то на пути демонстрантов к Белому дому оказались поливальные машины и колючая проволока – «спираль Бруно».

«Между колючей проволокой и машинами, – пишет И. Иванов, – было около двух метров. Колючую проволоку сразу перепрыгнуть нельзя – слишком высоко и страшно запутаться».1680 Сначала ее попытались «утрамбовывать», затем перерубили и растащили в разные стороны.1681

Но на пути к Белому дому стояли подогнанные друг к другу впритык поливальные машины. Некоторые демонстранты стали перелезать через них или же пролезать под ними. И тогда раздались призывы к водителям: «…У кого есть ключи зажигания от ЗИЛ-130, подойти и отогнать поливалки в сторону». После того как одну из машин удалось завести и отодвинуть в сторону, «образовался узкий проход» к Белому дому, откуда демонстрантов по мегафону звали к себе. И люди хлынули в этот «узкий проход».1682

«Некоторые, – пишет А. Черкасов, – потом усматривали провокацию в том, что это "бутылочное горлышко" не было тут же перекрыто. На самом деле, такие попытки контратаки со стороны Калининского моста» все же предпринимались, но «успеха не имели».1683

«Люди, – пишет Э. 3. Махайский, – от души радовались удавшемуся прорыву блокады. В окнах здания Верховного Совета, обращенных в сторону мэрии, их приветствовали депутаты и сотрудники Верховного Совета, а также милиционеры из внутренней охраны. В ответ слышались крики и скандирование: "Победа!", "Мы победили!", "Банду Ельцина под суд!", "Вся власть Советам!"». «Демонстранты заполняли "двор" в течение 10-12 минут». К одной из групп «прорвавшихся» подошли «блокадники» и стали объяснять, что они ждали прорыва вчера, во время событий на Смоленской площади.1684

Этот факт мы можем рассматривать как дополнительное свидетельство того, что 2 октября действительно планировалось направить митингующих к Белому дому для его деблокирования и что этот план был согласован с руководителями Дома Советов. «Сразу за поливалками, стоя на краю метрового парапета во весь рост, тревожно вглядывался в суматоху на площади депутат Николай Павлов, – пишет И. Иванов. – К нему

подбегали, жали руки и уходили к 20-му подъезду на митинг. Часть людей бросилась на парадную лестницу. И тут началась стрельба».1685

Кто же открыл огонь?

Как отмечалось, в упоминавшейся Справке Главного управления командования внутренних войск МВД РФ говорится, что после того, как «начался штурм заграждений», «огонь из стрелкового оружия» был открыт «со стороны Белого дома».1686 Эту же версию повторяет генерал-лейтенант В. В. Огородников.1687

Об этом же пишет А. С. Куликов. Он утверждает, что, когда между поливочными машинами был сделан проход, «огонь из стрелкового оружия» открыли «со стороны Белого дома», в связи с чем личный состав вынужден был отойти к мэрии.1688 Однако А. С. Куликов не привел ни одного свидетельского показания, что стрелять начали сторонники парламента. Обходит он стороною и вопрос, по кому велась эта стрельба.

Администрация президента опубликовала специальную «цветную книгу», посвященную октябрьской трагедии 1993 г., под названием «Москва. Осень-93», но не смогла привести ни одного свидетельского показания (я подчеркиваю, показания очевидцев тех событий, а не милицейских начальников), что эта стрельба началась со стороны Белого дома.

Не отрицая того, что огонь в основном велся от мэрии, С. Чарный пишет, что стрельба от мэрии в значительной степени была спровоцирована тремя выстрелами из пулемета от Белого дома по милицейскому ограждению у мэрии.1689 Имел ли место данный факт, сказать очень трудно. Но даже если допустить, что подобные выстрелы кто-то действительно произвел из Белого дома, следует признать, что провокаторы находились и в его стенах.1690

Если, кроме приводимого С. Чарным факта, других подтверждений стрельбы из Белого дома в момент прорыва его блокады мы не имеем, зато в нашем распоряжении имеется множество свидетельств о стрельбе по демонстрантам. Вот некоторые из них.

«Пробиться сюда с Октябрьской площади, когда в Москве десятки тысяч милиции и ОМОНа, кажется настолько невероятным, – пишет А. Залесский, – что кто-то из депутатов

предостерегает: "Подождите, это, может быть, провокация". Не не похоже. Людей все больше и больше. Они улыбаются, приветствуют нас, обнимаются с нами, показывают кровоподтеки от ударов омоновских дубинок. Все больше флагов, изредка монархических. Появляются транспаранты "Трудовой Москвы". Хочу посмотреть, что делается на набережной и на Новом Арбате. Направляюсь вдоль стены навстречу прорвавшимся людям. И в этот момент начинается стрельба. Такое впечатление, что стреляют откуда-то сверху. Автоматные очереди. Заговорил крупнокалиберный пулемет (кстати, очень удачное выражение: заговорил). Журналист с фотоаппаратом ложится на асфальт. А я нагибаю голову, хотя понимаю, что это не спасет. Никогда не был под обстрелом. Позже говорили, что стрельба велась преимущественно поверх голов. Но я сам видел, как в медпункт пронесли… раненого с пулевым ранением».1691

«Колонна вышла на площадь перед мэрией и стала обтекать Дом Советов с двух сторон: с Краснопресненской набережной и с площади Свободной России, – вспоминает А. В. Руцкой. -И тут из окон мэрии (где находился оперативный штаб ГУВД Москвы), из окон гостиницы "Мир" (где находился оперативный штаб МВД РФ) и с крыш зданий, окружающих Дом Советов, по демонстрантам и не успевшим спрятаться омоновцам был открыт огонь из автоматического оружия».1692

«Люди расталкивают автоцистерны, устремляются к Дому Советов, – свидетельствует один из участников этого прорыва. – В тот миг, когда мы бежим по пандусу, от мэрии открывают шквальный огонь. Люди приседают за парапетами».1693

«На телекадрах видно, – свидетельствует другой очевидец, -как они стреляли веером от живота. Кто поверх голов, а кто и не поверх». По некоторым данным, «ОМОН со стороны мэрии открыл по нам огонь после того, как с дома на другой стороне улицы снайпер подстрелил одного из омоновцев. Мы закричали солдатам, что стреляли не мы, и те прекратили огонь».1694

По утверждению Р. И. Хасбулатова, когда демонстранты прорвали оцепление и подошли к Белому дому, неожиданно снова появились омоновцы, они отрезали головную часть колонны, зажали толпу с двух сторон, и в это время загремели выстрелы по толпе…».1695

«ОМОН, – вспоминает находившаяся в рядах демонстрантов В. Кравченко, – был сметен, несмотря на то что толпа была все так же безоружной и выстрелы слышались только со стороны мэрии».1696

«Мы, – пишет неизвестный автор, входивший в окружение А. В. Руцкого, – следили по рации за воскресными событиями в городе… когда толпа – тысяч тридцать – спустилась к нам и даванула на оцепление у мэрии, солдаты не выдержали и разбежались… Люди валом устремились к Дому Советов, в соседние переулочки – с криками, песнями. И в это время из мэрии, из окон гостиницы "Мир"ударили пулеметы по толпе».1697 Описывая, как демонстранты прорвали ограждения и хлынули к Белому дому, И. Иванов отмечает, что именно тогда «по людям на парадной лестнице и у 20-го подъезда парламента был открыт пулеметно-автоматный огонь».1698

«В этот момент, – пишет И. Иванов, – демонстрантов у парадного подъезда и выбежавших к ним из "Белого дома" людей начинают расстреливать РУОП и эмвэдэшники. По людям практически в упор в спину стреляют короткими очередями из автоматов. По приказу руководства эмвэдэшники, вылезшие из-под пандуса мэрии, стреляя напропалую, даже пошли в атаку на "Белый дом"… Два особо ретивых стреляют очередями по демонстрантам прямо от живота. Из здания мэрии бьют на поражение длинными очередями из пулемета!»1699

«Люди падают, – читаем мы далее, – пытаются вжаться в асфальт, укрыться на газоне, за парапетом. Практически не видно, как падают убитые и раненые. Длинной очередью в воздух из крупнокалиберного пулемета подал голос БТР. Над головой же свистят пули из автоматов и ручного пулемета. Эмвэдэшники били очередями на поражение по Руцкому и Ачалову, по двум десяткам тысяч безоружных людей, накопившихся после прорыва оцепления к этому моменту на площади и парадной лестнице "Белого дома"».1700

«Только мы прошли через проход и очутились с той стороны поливочных машин, – вспоминает Т. И. Денисенко, – как вдруг началась отчаянная стрельба со стороны мэрии. Все присели и прижались к машинам… Казалось, что пули стучат по обшивке машин. Что это? Тогда в первую секунду стрельбы

пронеслась мысль: "Сейчас начнут падать убитые". Но, по крайней мере рядом, никто не упал. Как это понять? Очереди вверх? Но ведь слышно, как стучат пули по обшивке цистерн этих машин».1701

Одним из свидетелей этой стрельбы стал С. Н. Бабурин. Он пишет, что после того, как раздвинули поливальные машины, «люди хлынули к Дому Советов. Причем они шли не по центру улицы, а поднимались к пандусу и двигались вдоль стены самого здания на площадь. И тут раздались выстрелы, которые я вначале принял за какие-то устрашающие хлопушки, а затем заметил, что люди падают. Когда я спустился по боковой лестнице на первый этаж, то увидел, что заносят в здание демонстрантов с огнестрельными ранениями, что стреляют не шутя, стреляют серьезно, несмотря на то, что демонстранты были безоружными».1702

Есаул Князев, вспоминая, как произошла встреча с прорвавшими блокаду у Белого дома, пишет: «Увидели идущих нам навстречу людей. Они жали нам руки, пытались качать. Внезапно раздались выстрелы. Стреляли из крупнокалиберного пулемета вверху. Люди легли на асфальт, закрыли головы руками. В этот момент из мэрии раздались автоматные очереди. Стреляли боевыми, а не холостыми, это я сразу определил. Не вверх, а по людям».1703

Во время прорыва блокады, свидетельствует Н. В. Федотова, «победно-восторженную колонну накрыли очередями из автоматов из мэрии».1704

Ссылаясь на данные, собранные «Мемориалом», С. Чарный признает, что стрельба действительно имела место и велась от мэрии, но вопреки фактам заявляет, что стреляли по демонстрантам не на поражение, а для устрашения холостыми патронами.1705

Непонятно только, откуда при такой стрельбе появились человеческие жертвы. Одной из них была, например, Марина Белянчикова, раненная одной из первых при прорыве блокады Белого дома.1706

Таким образом, у нас нет никаких оснований, если не считать голословные заявления милицейского начальства, обвинять сторонников парламента в стрельбе по сотрудникам МВД, зато есть все основания обвинять в этой стрельбе милицию.

И. Иванов утверждает, что под прикрытием стрельбы милиция собиралась пойти на штурм Белого дома. «В той неразберихе, – пишет он, – фактор внезапности позволял войскам МВД за одну-две минуты преодолеть расстояние до дверей Белого дома и ворваться в него, практически не встретив вооруженного отпора. Автоматы защитников парламента были складированы в оружейных ящиках, и еще неизвестно, кому удалось бы добежать до них первыми».1707

Действительно в тех условиях бойцы ОМОНа и внутренних войск имели возможность без особого труда ворваться в Белый дом. Что же помешало им, если такой замысел существовал?

По мнению И. Иванова, этот план не удалось реализовать, так как «практически все сотрудники МВД и ВВ отказались выполнить преступный приказ (в том числе, софринцы и дзержинцы) и отказались идти в атаку, в результате чего она сразу же захлебнулась!», а затем на сторону парламента перешли две роты Софринскской бригады – 150 человек и 200 военнослужащих ОМСДОНа.1708

Эта версия поражает своей наивностью.

Во-первых, не следует забывать, что находившиеся в оцеплении вокруг Белого дома дзержинцы были безоружными, поэтому участвовать в штурме Белого дома никак не могли. Во-вторых, если бы днем 3 октября действительно планировался штурм парламента, вряд ли бы в этот день произошла замена вооруженных омоновцев безоружными солдатами.1709 В-третьих, версии И. Иванова противоречит тот факт, что в момент прорыва блокады от здания мэрии срочно были отведены БТРы, а затем отряд группы спецназа «Витязь».

Поэтому начавшаяся стрельба имела провокационный характер. Она должна была спровоцировать сторонников парламента на ответные действия.

Неслучайно, видимо, когда у Белого дома был открыт огонь, В. А. Ачалов распорядился «немедленно передать на всех каналах приказ: "Ответный огонь ни в коем случае не открывать! На провокацию не поддаваться!"».17(0

Отдавая этот приказ, В. А. Ачалов руководствовался не только здравым смыслом. Еще тогда, когда народ только-только начал собираться на Октябрьской площади, полковник

А. А. Марков получил оттуда от своих разведчиков информацию, согласно которой на воскресенье Министерство внутренних дел разработало план крупномасштабной провокации. По этому плану, вместо намеченного митинга собравшихся должны были повести к Белому дому на прорыв блокады, а затем направить в Останкино, на Шаболовку, к Министерству безопасности, Министерству внутренних дел, Министерству обороны, Генеральному штабу и Кремлю. Был назван и человек, который разрабатывал этот план.1711

По свидетельству А. А. Маркова, получив эту информацию, он сразу же передал ее А. М. Макашову, тот вместе с ним направился к В. А. Ачалову и предложил повторить свой доклад министру обороны.1712

В. А. Ачалов подтвердил факт получения подобных сведений и сообщил, что немедленно поставил в известность о них А. В. Руцкого. Однако они не произвели на исполняющего обязанности президента особого впечатления, так как слухи о планируемых Кремлем провокациях поступали в Белый дом почти каждый день и не подтверждались.1713

Как уже отмечалось, сообщение о том, что 3 октября планируется фиктивный прорыв блокады Белого дома, было получено на Краснопресненской набережной через казаков, охранявших подступы к Дому Советов на Дружинниковской улице, еще 2-го.

Из книги И. Иванова явствует, что первые сведения о возможной провокации Кремля, связанной с разблокированием Белого дома, стали «просачиваться с 27-28 сентября», то есть с того самого времени, когда Дом Советов оказался в полной блокаде и начались первые столкновения на улицах. Согласно этим слухам, подобная провокация была «возможна в выходные дни».1714

 

Как была взята мэрия

Когда демонстранты пошли на прорыв блокады Белого дома, А. В. Руцкой вернулся в свой кабинет и, наблюдая за происходящим на улице из приемной, приказал без пропуска никого не пропускать в Дом Советов и усилить его охрану.1715

Затем Александр Владимирович по рации попытался связаться со «штабом МВД» в гостинице «Мир», чтобы прекратить начавшуюся стрельбу, но там «никто не отвечал». Тогда вместе с В. А. Ачаловым и В. П. Баранниковым он пошел к Р. И. Хасбулатову1716

Именно в этот момент в приемной и. о. президента появился пришедший с колонной демонстрантов И. В. Константинов, но уже не застал его.1717 В отличие от И. В. Константинова И. М. Братищев и В. Г. Уражцев направились к Р. И. Хасбулатову.1718

Как установила Комиссия Т. А. Астраханкиной, после короткого обмена мнениями у Р. И. Хасбулатова «было принято решение немедленно идти на балкон и обратиться к пришедшим людям за поддержкой, в том числе просить оказать содействие в занятии зданий мэрии и гостиницы "Мир"».1719

Едва только демонстранты заполнили площадь перед Белым домом, как начался митинг. «Я, – вспоминал позднее А. В. Крючков,-…поднялся на трибуну, точнее, на балкон Белого дома и открыл митинг. Стоял сплошной рев, крик радости: "Ура!"».1720 Передавая настроения, царившие тогда у Белого дома, В. Шурыгин, на мой взгляд, довольно удачно сказал, что многие испытывали такое чувство, «как будто выпили по стакану водки».1721

Вскоре из переулка, где расположено американское посольство, к Белому дому пригнали несколько грузовиков и военную машину связи. Кто-то, вспоминает Р. Мухамадиев, сказал, что «на этой машине есть радиопередатчик, мощности которого хватило бы на всю Москву и Московскую область. Минуты через три-четыре его наладили, и он заработал». После этого «по очереди стали обращаться к народу…Все сколько-нибудь известные политики, депутаты успели отругать из этой машины власти и самого Ельцина». И только «позднее… стало известно: то была вовсе не радиотрансляционная аппаратура, а устройство, посланное специальными органами для записи речей выступавших».1722

Кто именно выступал на этом митинге, когда и в каком порядке, требует выяснения. А. В. Крючков утверждал, что одним из первых к демонстрантам обратился Р. И. Хасбулатов.1723 Однако, опираясь на «стенограмму видеодокументов», И. Ива-

нов пишет, что Р. И. Хасбулатов выступил после А. В. Руцкого.1724 Этот факт в беседе со мной подтвердил и присутствовавший на митинге И. В. Константинов.1725

Отметив, что на улицы столицы вышли сотни тысяч москвичей и что следует развивать достигнутый успех1726, А. В. Руцкой заявил: «Надо сегодня взять штурмом мэрию и Останкино».1727 Р. И. Хасбулатов поддержал А. В. Руцкого1728 и призвал «доблестных воинов привести сюда войска, танки для того, чтобы штурмом взять Кремль».1729

Получается, что спикер и исполняющий обязанности президента назвали по крайней мере два из семи объектов, на счет которых поступило предупреждение с Октябрьской площади.

Выступление А. В. Руцкого хронометрируется по-разному: 15.351730 15.451731, 16.001732 и 16.051733. Р. И. Хасбулатов утверждает, что до 15.30 он проводил пресс-конференцию, затем к нему пришел В. П. Баранников, потом – В. Уражцев. Только после этого В. А. Агафонов, В. А. Ачалов и В. Г. Сыроватко уговорили его выступить на митинге.1734 В «рабочем дневнике» Руслана Имрановича зафиксировано, что В. Г. Уражцев появился в его кабинете в 16.00, В. А. Агафонов и В. Г. Сыроватко еще позже – в 16.30.1735 «На таймере оператора М[инистерства] Б[езопасности]», говорится в воспоминаниях Р. И. Хасбулатова, зафиксировано, что он начал выступать в 16.521736.

Рассматривая приведенные точки зрения, сразу же следует исключить 15.35, так как в это время блокада Белого дома была еще только-только прорвана.

Очень осторожного отношения требует и «дневник» Р. И. Хасбулатова. Дело в том, что И. М. Братищев и В. Г. Уражцев направились к спикеру сразу же после прорыва блокады и находились в его кабинете очень недолго.1737 Проверить это позволяет «чья-то записанная от руки хронология событий, оборванная на полуслове», которая была обнаружена в кабинете Р. И. Хасбулатова после падения Белого дома. Эта «хронология» велась по ходу событий и позволяет почти с абсолютной точностью датировать данный эпизод. В ней значится, что В. Г. Уражцев появился у Р. И. Хасбулатова «в 15.40».1738

В ходе следствия выяснилось также, что «оператор М[инистерства] Б[езопасности], который снимал на видеокассету захват мэрии, забыл перевести время на час позже, на лет-

нее время». Следовательно, Руслан Имранович начал свое выступление на митинге не в 16.52, а в 15.52.1739

Это значит, что призыв А. В. Руцкого к захвату мэрии прозвучал не ранее 15.40 – не позднее 15.52. В связи с этим заслуживают внимания воспоминания Э. 3. Махайского, в которых содержится наиболее детальное и полное хронометрирование событий того дня. По его свидетельству, А. В. Руцкой вышел на балкон в 15.45 и говорил не более 5 минут.1740 Подобным же образом датирует его выступление А. С. Куликов: 15.45-15.50.1741

Для того чтобы понять характер этого выступления, необходимо учитывать, что предшествовало ему. Около 15.30 начался прорыв блокады Белого дома, не ранее 15.30 – не позднее 15.45, перед самым выходом А. В. Руцкого на трибуну, загремели выстрелы по демонстрантам.

Как было установлено в 1998-1999 гг. во время рассмотрения в Государственной думе вопроса об импичменте Б. Н. Ельцина, стреляли не только от мэрии. В 15.40 началась стрельба и от гостиницы «Мир».1742 В 15.42-15.45 «выстрелом из карабина КС-23» с расстояния около 15 метров был смертельно ранен полковник милиции Иван Дмитриевич Шишаев, находившийся среди демонстрантов в гражданской одежде,l743 а также был ранен в ногу журналист Владислав Шурыгин, пытавшийся фотографировать снайперов на крыше.1744

«В 15.45, – пишет И. Иванов, – зафиксирована автоматная очередь, которую выпустил сотрудник МВД, убегая от гостиницы "Мир" вверх по Большому Девятинскому переулку. Было видно, как из жилого дома в Девятинском переулке начал бить снайпер».1745

Известно также, что около 15.45-15.50, в то время как А. В. Руцкой произносил свою речь, шедшие к Белому дому через Большой Девятинский переулок, между американским посольством и жилым кварталом, демонстранты захватили несколько стоявших там военных грузовиков. «В ответ военные применили "Черемуху", затем раздалась стрельба».1746

В этих условиях призыв А. В. Руцкого к захвату мэрии понятен и объясним. Более того, как исполняющий обязанности президента он не мог не отдать такое распоряжение.

Между тем именно в то время начало разыгрываться еще одно очень важное событие. Когда в 14.30 А. С. Куликов не-

ожиданью «прозрел», он отдал приказ перебросить к Белому дому невооруженный резерв – 350 бойцов 21-й Софринской бригады под командованием ее командира полковника В. А. Васильева.1747 По прибытии они расположились неподалеку от Белого дома – на улице Николаева.1748 Затем им была дана команда передислоцироваться к гостинице «Мир». По некоторым данным, приказ поступил около 15.45.1749

«…В 15.45, – пишет А. С. Куликов, – когда Васильев вел свое подразделение в сторону Белого дома», оттуда по софринцам «был открыт огонь», после чего В. А. Васильев заявил, что переходит на сторону парламента.1750

Есть свидетельство очевидца о том, что софринцы под командованием старшего лейтенанта милиции Владимира Недзельского вышли из Большого Девятинского переулка, направляясь к Белому дому, еще тогда, когда А. В. Руцкой был на балконе.1751

По утверждению А. С. Куликова, который при этом ссылается на «объяснения» В. А. Васильева, последний заявил о переходе на сторону парламента, чтобы «обмануть Руцкого и тем самым избежать потерь», то есть чтобы из Белого дома перестали стрелять по его солдатам.1752

В связи с этим вопрос о том, кто и когда стрелял по софринцам, приобретает особое значение.

«3 октября, еще до начала активных "боевых действий", – говорится в материалах следствия, – во время прохождения демонстрантов по Конюшковской улице, рядом с посольством США» «автоматную очередь в сторону военнослужащих и сотрудников МВД» произвел «из колонны» демонстрантов «неустановленный следствием мужчина, одетый в милицейскую форму». В результате этого «были ранены шесть военнослужащих МВД, один из которых (рядовой Глазунов) скончался в госпитале».1753 «Кто это сделал, – пишет А. С. Куликов, – выяснить так и не удалось».1754

Такова официальная версия.

А вот свидетельство одного из очевидцев, который в этот момент находился на месте рассматриваемых событий. «Вдруг раздался крик: "Солдаты!" Однако быстро раздался новый возглас: "Наши!" Целый полк солдат перешёл на сторону Верховного Совета РФ. Одновременно послышались выстрелы и

застрочил пулемёт, какие-то негодяи открыли огонь по милиционерам».1755

Из этого явствует, что сначала софринцы стали переходить на сторону парламента, а затем попали под огонь.

И. Иванов пишет, что огонь «по 2-й роте Софринской бригады» был открыт «от гостиницы "Мир" каким-то милиционером». Причем «стрельба велась в спину».1756

Подобным же образом данный эпизод освещается в материалах думской комиссии 1998-1999 гг. по импичменту Б. Н. Ельцина.1757

О том, что софринцам стреляли в спину свои, свидетельствуют и другие очевидцы: «…Разобрав баррикады, мы пошли на "Мир" без единого выстрела, крича: "У-хо-ди-те!". И они начали отходить, строиться, грузиться и уезжать – со всеми своими автоматами и бронетранспортерами. Тут со стороны мэрии два мерзавца в милицейской форме открыли по нам огонь, ранив при этом троих из нас и двух солдат… Софринская бригада спецназа, которую свои обстреляли в спину, перешла на нашу сторону…».1758

Можно привести свидетельство еще одного очевидца:

«Навстречу нашей группе, – пишет он, – откуда-то из-за угла американского посольства возникла сине-серая стена камуфляжей Софринской бригады особого назначения. Нас, рядом всего человек пять с голыми руками, и против нескольких взводов солдат с резиновыми дубинками никак не выстоять. Но не было угрюмой враждебности на лицах недавних противников, они двигались навстречу легко и свободно, как будто окрыленные нашей победой. И мой товарищ доверчиво рванулся навстречу солдатам, соприкоснулся плечами с шедшим впереди командиром, и неожиданно они обнялись. Следующий софринец хлопнул меня рукой по плечу, и, обтекая нас, отряд двинулся к "Белому дому" не сдаваться, но переходить на нашу сторону».1759

Через несколько минут все изменилось.

«Мы, – пишет тот же автор, – шли все дальше по переулку между американским посольством и мэрией, когда сбоку ударили пулеметные очереди… Потом минута тишины. Только ревет мотор пятящегося по переулку бэтээра, на него наступает священник, нелепо машущий наперсным крестом на

рыскающий из стороны в сторону ствол крупнокалиберного пулемета… Вдали слышатся глухие хлопки, как будто откупоривают шампанское. По нам стреляют из крупнокалиберных помповых ружей, любимого оружия американских ковбоев».1760

И здесь мы видим, что стрелять начали после того, как софринцы стали переходить на сторону Верховного Совета.

«Непосредственно перед нашим подходом к гостинице, охраняемой эмвэдэшниками, – вспоминает другой очевидец, -автоматной очередью оттуда сразило троих солдат Софринской бригады… На моих глазах командир софринцев по рации обратился к омоновцам, засевшим в мэрии и гостинице, сообщив им, что если те не прекратят немедленно огонь, то его бригада "разнесет и мэрию, и гостиницу"».1761

О том, что по софринцам стреляли свои, свидетельствуют и материалы радипереговоров, обнародованные А. Черкасовым. Когда началась стрельба, пишет он, В. А. Васильев попытался связаться по рации со своим штабом, а когда это не удалось, «выдал в эфир»: «Радон-22 [Васильев] говорит. Слушать всем. В результате применения оружия убито 2 моих солдата в бригаде. Предупреждаю, если позволите еще себе стрельбу, уничтожу любого в штабе. Предупреждаю еще раз…».1762

«Документировано, – пишет И. Иванов, – как комбриг софринцев кричал снайперам ГУОП РФ на крыше жилого дома: "Что вы бьете своих?! Я вас снесу с крыши, если будете продолжать стрельбу по нам!"1763

Вслед за этим полковник В. А. Васильев сделал следующее заявление: «Руцкой, Александр Владимирович, обращается командир бригады Софринской Васильев. Бригада перешла на сторону Белого Дома».1764

Таким образом, официальная версия о том, что софринцы перешли на сторону Белого дома после того, как оттуда по ним оттуда был открыт огонь, не соответствует действительности. Сначала В. А. Васильев повел софринцев к Дому Советов, и только после этого свои открыли по ним огонь в спину.

Получается, что В. А. Васильев не пожелал воевать с парламентом и вместе со своими солдатами решил перейти под его знамена. Но такое объяснение противоречит фактам.

Во-первых, В. А. Васильев привел к Белому дому не всю свою бригаду, как было заявлено им в эфире, и даже не две

имевшиеся у него роты, а только 150 бойцов. Во-вторых, этих 150 бойцов В. А. Васильев вскоре увел с собою на улицу Подбельского, где находилось место временного расположения солдат его бригады.1765 В-третьих, он обещал вооружить своих подчиненных и вернуться к Белому дому, однако своего обещания не выполнил.1766

Следовательно, переходить на сторону парламента он не собирался. И когда появился на улице Подбельского, его не только не арестовали, не только не отстранили от должности, но и дали другое, не менее важное задание.

Это наводит на мысль, что перед нами инсценировка перехода на сторону парламента целой воинской части, о чем уже через несколько минут средства массовой информации раструбили на весь мир.

Между тем, если верить А. Черкасову, сразу же после перехода софринцев на сторону парламента «заместитель командующего внутренними войсками МВД Павел Васильевич Голубец (позывной "Утёс"), бывший в зоне Белого Дома старшим офицером, связался со своим главкомом А. С. Куликовым (позывной "Пион") и обратился к нему со следующими словами:

"- Пион, Пион. Я – Утёс, я – Утёс. В гостинице никого не осталось. Софринцы перешли на сторону Белого дома. Был открыт со стороны защитников Белого дома огонь, открыта стрельба. Наши безоружные все. Спецназ только прибыл, и я принял решение вывести людей из зоны огня"».1767

Это означает, что около 16.00 гостиница «Мир» была оставлена без всякого боя.

Между тем, как мы знаем, в гостинице «располагался оперативный штаб внутренних войск МВД по борьбе с парламентом (оперативная группа ГУК ВВ МВД, созданная по решению КВВ МВД)».1768

«…Тут, – пишет Р. С. Мухамадиев, – внимание наше отвлекло другое событие. С верхнего этажа здания мэрии, расположенного напротив, стали стрелять сразу из десятков стволов, на площади началась паника».

«Для чего нужна была эта стрельба? – спросил Агафонов. Ответил… телохранитель: "Чтобы вызвать ответную реакцию. Это провокация"».1769 Видимо, в это время И. Иванов услы-

шал часть разговора между В. А. Ачаловым и А. В. Руцким, из которого явствовало, что именно так оценивал сложившуюся ситуацию и министр обороны.1770

Однако А. В. Руцкой был непреклонен. Сразу же после своего выступления на митинге он стал отдавать конкретные приказы. Есть основания предполагать, что первый из них был отдан В. А. Ачалову. Когда он вернулся к себе в кабинет, к нему явился Ю. В. Колосков, чтобы доложить об открытии медсанчасти Верховного Совета, куда стали приносить раненых. Министр обороны встретил Ю. В. Колоскова хмуро. Никак не отреагировав на доклад, он тут же вызвал группу баркашовцев и приказал вместе с ними взять мэрию.1771

Примерно в то же самое время такой же приказ от А. В. Руцкого получил А. М. Макашов. По свидетельству А. В. Федорова, после выступления на митинге и. о. президента подозвал к себе Альберта Михайловича и сказал: «Нужно срочно набрать добровольцев и сначала ликвидировать опасность со стороны мэрии и "Мира"», а «потом ехать в "Останкино" с целью получить эфир».1772

«3 октября, – вспоминает А. М. Макашов, – когда толпа от Смоленской площади, сметая все, скатилась к Верховному Совету и мэрии, Руцкой приказал строить "полк" защитников. Нашли меня. Руцкой в своем стиле отдал мне приказ: "Надо развивать успех! Взять мэрию, Кремль, Останкино. Вперед, генерал!…" Я знал соотношение сил и средств, количество оружия. Со злостью ответил: "Вы что, все охренели?!" (Немного покруче, конечно). "Это приказ, генерал!" И матерясь, прыгая по железкам баррикад, с громкоговорителем я помчался вперед» – на штурм мэрии.1773

Мы не знаем, был ли поставлен в известность о поступившем с Октябрьской площади предупреждении Р. И. Хасбулатов. Однако Александр Владимирович знал о нем. Значит, знал, что добровольцев, которых мог повести за собою на Кремль А. М. Макашов, там уже ждал вооруженный до зубов Кремлевский полк. Но если бы даже не знал, что могли сделать там несколько сот почти невооруженных защитников парламента?

Можно, конечно, допустить, что, отдавая такой приказ, А. В. Руцкой руководствовался какой-то информацией, ко-

торая давала ему надежду на успех. Так, например, 29 сентября «под утро» он принял офицера-танкиста, сообщившего ему, что 3 октября на защиту парламента придет целая танковая армия, причем первый танковый полк будет у стен Белого дома уже в 17.00, а к 23.00 подойдут остальные части.1774

Это же обещание было продублировано в ночь с 1 на 2 октября, когда А. В. Руцкой принял неизвестного пока нам офицера Службы внешней разведки. По дороге в Белый дом он сказал сопровождавшему его Евгению Александровичу Козлову: «Держитесь, завтра к вам придут танки».1775

3 октября в 14.00 дежурная Краснопресненского совета стала свидетельницей телефонного разговора какого-то члена Союза офицеров с А. В. Руцким. Офицер докладывал исполнявшему обязанности президента о воинских частях, уже идущих на поддержку парламента.1776

Была ли эта сознательная дезинформация или же те, кто обещал встать на защиту Конституции, по каким-то причинам не смогли выполнить своих обещаний, остается пока неизвестным. В любом случае бросать на Кремль безоружный Добровольческий полк до подхода ожидавшихся воинских частей было по меньшей мере авантюризмом.

Как уже отмечалось, можно понять призыв, а затем приказ А. В. Руцкого взять мэрию. Однако настораживает и удивляет то, что подобный приказ он отдал без обсуждения с военными, а задача овладения мэрией была поставлена фактически перед безоружными людьми.

Получается, что А. В. Руцкой или сознательно бросал их на верную смерть, или же знал, что все обойдется малой кровью.

Как утверждает есаул Князев, когда началась стрельба, сначала к мэрии бросилась «никем не управляемая толпа» и «только позже к ней присоединились хлопцы РНЕ и отряда "Днестр"».1777

«Штурм здания, – пишет А. В. Руцкой, – начался по двум направлениям».1778 Одна группа «с приданным ей небольшим отрядом вооруженных людей (в основном – баркашовцев со своим лидером)» побежала с матюгами штурмовать мэрию «в лоб», другая, безоружная, во главе с генералом Б. В. Тарасовым, направилась в обход мэрии, чтобы войти в нее с тыла.1779 Считается, что первую группу возглавил А. М. Макашов. Од-

нако есть основания утверждать, что во главе этой группы, основу которой составляли баркашовцы, находился Ю. В. Колосков.1790 Комиссия Т. А. Астраханкиной установила, что их было 15 человек и все они были вооружены автоматами АКС-74У. Кроме того, автоматы были у трех человек из охраны А. М. Макашова.1781

«Я, – пишет А. В. Руцкой, -лично проинструктировал отряды, отправлявшиеся на захват мэрии и гостиницы. Оружие приказал применять только в исключительных случаях».1782

«Через минуту-другую после ухода построившихся на мэрию, – пишет И. Иванов, – раздался категорический приказ Руцкого и Ачалова: "Огонь ни в коем случае не открывать?" Этот приказ наши ребята продублировали в открытом эфире с нескольких радиостанций на втором канале».1763 Этот факт подтверждает и есаул Князев, сопровождавший Ю. В. Колоскова: «…мы побежали к мэрии, хотели подавить огневые точки, но по рации услышали голос Ачалова: "Ответного огня не открывать". Я открытым текстом крикнул в эфир, что из мэрии убивают людей, в ответ: "Ответного огня не открывать!"».1784

Команда в боевой обстановке по меньшей мере странная.

«У пандуса мэрии, – вспоминает И. Иванов, – мы попали под автоматный обстрел. Опять стреляли очередями на поражение по площади, полной безоружных людей. Слышны были и гулкие очереди крупнокалиберного пулемета эмвэдэшного БТРа».1785

«Из главного входа мэрии, – читаем мы в «Анафеме», -высыпают два взвода эмвэдэшников со щитами. Выставив впереди себя шиты, они присаживаются за ними плотными цепями, и через пару секунд солдат за рядами сдвинутых щитов практически уже не видно… Демонстранты поднимаются по ближайшей к "Белому дому" лестнице на пандус мэрии и приближаются к цепи сидящих за щитами солдат. Эмвэдэшники в упор по демонстрантам открывают автоматный огонь. "Щиты" забегают обратно в мэрию через главный вход. Стрельба по демонстрантам продолжается».1786

«От парадных дверей мэрии, – пишет И. Иванов далее, -народ как ветром сдуло. Люди отхлынули назад. В кадре мелькает школьник со словами "Оружие надо!" и скатывается мимо нас вниз по лестнице. Следом под очередями отходит пожилой

пенсионер. Дедушка разгневан и громко возмущается:" Неужели нет гранат?! Гранатами надо…". Последними, прикрывая демонстрантов, отходят два автоматчика. Отбегающие от центральных дверей парни РНЕ вместе с несколькими своими командирами, отступая, делают несколько ответных очередей и одиночных выстрелов (на всех видеоматериалах зафиксировано в совокупности только 8-9 ответных выстрелов и короткие очереди с их стороны… Выкрикивая приказ Ачалова: "Огонь не открывать!", мы укрылись слева у стены мэрии рядом с дверями "Кассового союза"».1787

«Не прошло и двух-трех минут, – вспоминает Р. С. Мухамадиев, – как семь-восемь парней, вооруженных автоматами, отделились от толпы, поднялись по ведущей к зданию мэрии пологой лестнице и кинулись на штурм закрытых изнутри дверей. Сразу было видно, что это – настоящие профессионалы. Автоматы держат на уровне пояса. Стреляют короткими очередями и тут же отскакивают то в одну, то в другую сторону, делают перебежки… У них такие замысловатые телодвижения, что диву даешься. С противоположной стороны по ним тоже стреляют. Но тех не видно, те бьют из засады. А эти – на открытой площадке. В двоих из нападавших попали. Один упал лицом вниз и остался лежать без движения. Второй долго корчился, пытаясь встать. Но в него выстрелили еще раз, и он уронил голову на камень».1788

В эти минуты, говорится в воспоминаниях Р. С. Мухамадиева, «…по дороге-мостику, сделанному, чтобы машины высокого начальства могли подъехать к самому зданию, поднялись три "Урала". Те самые, знакомые мне машины. Одна из них не успела даже развернуться, как ее ветровое стекло разбилось вдребезги, водитель уронил голову на руль и замер. Вторая машина на большой скорости ударила носом в стеклянную дверь здания мэрии. Снова отступила назад, снова ударила. И тут же замерла, больше не двигаясь. Водитель третьей машины оказался хитрее. Он развернул машину задом к зданию. И, двигаясь задним ходом, протаранил одну за другой стеклянные стены. Он почти напрочь разбил весь вход».1789

«Когда позднее мы уже выходили из мэрии, – пишет И. Иванов, – я обратил внимание на то, что у грузовика пулями были пробиты все колеса и бензобак, автоматными очередями вдре-

безги разнесено ветровое стекло (подтверждается и материалами видеохроники, другие повреждения по видеокадрам не различимы). Водителей грузовиков расстреливали в упор – они остались живы просто чудом».1790

«В этот момент, – отмечает автор «Анафемы», – удается завести водовозку и она пытается под пандусом мэрии пробить ворота подземного гаража в здании СЭВ. Сбоку от нее из-под пандуса мэрии вырывается БТР (№ 432) и прорывается в сторону гостиницы "Мир", стреляя вверх. С его брони сыпятся заскочившие на него верхом ребята из группы "Север". На кадрах видеохроники видно, как солдаты МВД сами разбивают стеклянные стены мэрии с противоположной стороны и убегают через проломы».1791

Как пишет А.Черкасов, в этот момент некоторые из нападающих решили «срезать» дорогу, но, когда поднялись на пандус, оказалось, что никто больше не стреляет.1792

Что же произошло?

По свидетельству одного из милицейских начальников, когда сторонники Белого дома, почти полностью безоружные, бросились на штурм мэрии, «вдруг поступил приказ – не стрелять, отойти от объекта».1793 Подобный приказ в 16.05 получил и отряд группы «Витязь»1794, который перед этим в 14.30 был выдвинут к Белому дому.1795 «В следующие минуты, -пишет А. В. Черкасов, – все остававшиеся в мэрии сотрудники МВД покинули здание, разбив витринные стекла цокольного этажа. Они пересекли Калининский проспект – благо, напротив мэрии был промежуток между двумя группами демонстрантов, подтягивавшихся к Белому Дому, – и скрылись в переулках».1796

«Массовый исход» омоновцев и дзержинцев из мэрии «через окна-стены первого этажа», по утверждению Э. 3. Махайского, произошел между 16.15 и 16.20.1797

«…Этот великий драп, по мнению А.Черкасова, при всей его внешней беспорядочности, имел конкретную задачу -отойти и перегруппироваться. Местом сосредоточения был назначен участок Садового кольца рядом с площадью Маяковского, напротив Бронной улицы и гостиницы "Пекин"».

В результате сторонники парламента ворвались в опустевшее здание СЭВ.1798

Неужели А. В. Руцкой заранее знал, что милиции будет дана команда покинуть мэрию без сопротивления?

Через день «Коммерсант» писал, что, «справившись с гостиницей», «боевики» в 16.00 начали «штурм мэрии».1799

По свидетельству Коренева, который в этот момент находился возле Белого дома, «штурм мэрии» начался «примерно с 16 час. 5 мин.».1800 Такое же время указал позднее Генеральный прокурор РФ М. Б. Катышев в своем письме от 9 сентября 1998 г. на имя председателя Специальной комиссии Государственной думы по импичменту Б. Н. Ельцина.1801

Почти так же хронометрирует начало этого события Э. 3. Махайский. Он услышал автоматные очереди со стороны мэрии, по всей видимости, когда ее двери таранили машинами, в 16.08. Стрельба, по его словам, была недолгой и продолжалась не более 30 секунд. Когда он поспешил туда, то увидел, как «по лестнице и пандусу мэрии бежали безоружные люди».1802

Одним из первых в здание мэрии вошел генерал Ю. В. Колосков. Вместе с баракшовцами он поднялся до четвертого этажа, затем вернулся назад и приказал взять вход в мэрию под охрану, чтобы не было грабежа.1803

Между тем, как пишет И. Иванов, в мэрию уже «хлынули люди и заполнили весь холл». Среди них находился и автор «Анафемы». «На лестнице перед вторым этажом, – отмечает он, – люди остановились из-за угрозы стрельбы в упор. Здесь мы… нашли Макашова». «Приказав всем оставаться на месте», он один вышел «в лифтовый холл второго этажа» и «с мегафоном в руках» стал подниматься выше, «выкрикивая в мегафон: "Сдавайтесь! Я, генерал-полковник Макашов, гарантирую вам жизнь. Выходите по одному и складывайте оружие!"»1804

«Когда сверху послышались шаги первой группы сдающихся, – читаем мы в «Анафеме», – наша группа охраны предосторожности ради догнала Макашова и пошла дальше вместе с ним по главной лестнице. Мы поднялись вшестером до пятого этажа».1805

Р. С. Мухамадиев приводит радиопереговоры между участниками захвата мэрии и руководителями парламента, из которого явствует, что не успевшие сбежать защитники мэ-

рии забаррикадировались сейфами на пятом этаже. Поэтому было решено блокировать их там и договориться, чтобы они прекратили стрельбу.1806

Наблюдавшая за штурмом мэрии, Н. Кочубей пишет, что когда в здание мэрии устремились сторонники Белого дома, она вдруг увидела, как на первом этаже мэрии вспыхнул свет, затем он появился на втором этаже, на третьем и т. д.1807 О чем говорит этот факт? О том, что к 16.00 находившийся в этом здании ВКП ГУВД уже был переведен в другое место. Начальник МУРа Ю. Г. Федосеев пишет, что «штаб» перестал подавать признаки жизни еще раньше, в 15.301808, то есть в тот самый момент, когда демонстранты пошли на прорыв блокады Белого дома.

Среди оружия, брошенного в мэрии, сторонники парламента обнаружили огнемет. «Кто и зачем его здесь держал? – задается вопросом один из участников тех событий и дает на него следующий ответ: "После уже стало известно, что в мэрии также были найдены документы, из которых следовало, что штурм ДС уже был назначен – на 23.00 3 октября"… Огнемет был для штурма. Это мы должны были гореть в его пламени».1809

Из воспоминаний Э. 3. Махайского явствует, что штурм мэрии продолжался не более 15 минут.1810 О том, что для захвата мэрии понадобилось всего 15 минут, пишет А. В. Руцкой.1811 Это согласуется и с воспоминаниями Андрея Коренева. По его свидетельству, «захват мэрии был осуществлен примерно с 16 часов 5 минут до 16 часов 20 минут».1812 Во всяком случае, когда в 16.30 Р. Абдулатипов позвонил Ю. М. Воронину в Свято-Данилов монастырь, он сообщил ему о взятии мэрии.1813

Окончательно пять первых этажей мэрии перешли в руки сторонников парламента, в 16.44, когда, по свидетельству Э. 3. Махайского, «с флагштока мэрии, установленного на балконе, спустили бело-сине-красный флаг и подняли красный».1814

«В 16.35 от Садового кольца к "Белому дому" проследовала колонна "дзержинцев" – без оружия, во главе с офицером (примерно 200 человек). Демонстранты принялись выяснять, кто они и почему идут к "Белому дому". Узнав, что это подразделение решило перейти на сторону Верховного Совета, стали скандировать: "Молодцы! Молодцы!"».1815

«При штурме здания мэрии, – отмечает А. С. Куликов, – были захвачены почти полторы сотни безоружных солдат и офицеров внутренних войск. Многие могут припомнить кадры хроники, как их толкают прикладами, бьют, разувают».1816

«Московский комсомолец» печатал еще более ужасающие сведения, будто бы «мятежники открыли огонь по солдатам», а тех «безоружных солдат, которые оказались в их руках, раздевали, избивали и… бросали в Москву-реку».1817

А вот свидетельство Н. Кочубей:

«Я в те часы работала в столовой Д[ома] С[оветов]. Там не хватало рабочей силы – раздатчиц, сборщиц грязной посуды, посудомоек, официанток. (Почти вся эта служба сбежала.) Нагрузив в очередной раз свой поднос тарелками с супом, иду к длинному столу, за который усаживаются… военные. Рядовые и младшие офицеры. Таких я у нас не видела. Спрашиваю: "Вы откуда?" – "Мы из дивизии имени Дзержинского. Мы перешли на вашу сторону". После холода, а теперь после горячего супа розовощёкие, возбуждённые – совсем мальчишки! Мальчишки, которые не стали, не смогли жить "вне политики", а думали, думали! И приняли решение. В горле у меня вдруг появился комок, с которым я долго не могла справиться».1818

Несмотря на то что некоторые, претендующие на объективность авторы уверяют читателей, что днем 3 октября стрельба возле Белого дома велась «холостыми патронами», факты говорят о другом: здесь пролилась кровь.

Официально признано, что погибли три человека, ранения получили 74.1819 Все трое известных на сегодняшний день погибших – это работники милиции. Старший лейтенант А. И. Бойко погиб возле мэрии от выстрела неизвестного нам снайпера1820, а двух полковников В. А. Швидкина и И. Д. Шишаева убили свои.1821

«Я, – пишет военный обозреватель газеты «Завтра» В. Шурыгин, – никогда не искал и не пытался узнать фамилию того милиционера, который вогнал мне в бедро двадцатитрёхмиллиметровую газовую фанату. И хотя в ходе следствия он был установлен, я не стал выпытывать у следователя его фамилию. Зачем она мне? Свою кровь я ему прощаю, а вот за кровь убитого им полковника милиции Ивана Шишаева, которого он застрелил через мгновение после выстрела в меня, всё из того

же крупнокалиберного помпового карабина, ему будет трудно ответить перед богом. Потому что убил он его просто так, походя. Убил, когда тот попытался остановить стрельбу по людям. Выбежал вперёд, крикнул: "Что вы делаете? Немедленно прекратите стрельбу!"».1822

Что же касается 74 раненных, то из них только 10 приходится на сотрудников МВД. Причем пять рядовых Софринской бригады (в том числе рядовой Глазунов, умерший в госпитале) были ранены человеком в милицейской форме1823, личность которого якобы осталась неустановленной1824.

«…Взятие комплекса зданий мэрии и гостиницы "Мир"… – пишет И. Иванов, – было полной неожиданностью для МВД». Открыв по демонстрантам огонь, руководители этого ведомства будто бы не ожидали, что в ответ на это безоружные люди пойдут на штурм названных зданий, а поэтому бросили их на произвол судьбы» 1825

Велика ли была численность тех, кто блокировал Белый дом?

«3 октября, – отмечает И. Иванов, – только в столовой мэрии обедало более 6000 эмвэдэшников, а к охране самого здания дополнительно было привлечено подразделение из 100 вооруженных до зубов военнослужащих МВД».1826

Как же нужно было испугаться, чтобы полк внутренних войск бросил на произвол судьбы мэрию и гостиницу «Мир», в которых находился оперативный штаб, возглавлявший осаду Белого дома? Это тем более удивительно, что демонстранты были безоружны.

Итак, никакого штурма мэрии и гостиницы «Мир» не было.

3 октября около 13.00 известный публицист Олег Платонов оказался в нескольких минутах ходьбы от Белого дома у метро «Баррикадная» и здесь, если верить ему, увидел огромное скопление милиции: «одних машин 1000», а самих милиционеров «30-50 тыс. человек».1827

Приведенные цифры вызывают сомнения. Однако даже если допустить, что количество машин и милиционеров преувеличено на порядок, все равно получается, что в непосредственной близости от Садового кольца находилось несколько тысяч сотрудников МВД, которых без всякого труда в течение нескольких минут можно было перебросить и к Белому

дому, и на Калининский проспект, и к Смоленской площади, и на Зубовскую площадь, и к метро «Парк культуры», и на Крымский мост, и на Крымский вал.

Комментируя произошедшее, один из очевидцев тех событий называл «странным» то, что «отряды у мэрии, постреляв в воздух и снайперски ранив несколько человек, разъярив толпу, вдруг отошли, открыв Дом Советов», а «потом вообще ушли, оставив свои грузовики и даже не вынув ключи зажигания: езжайте, мол, люди добрые, в Останкино».1828

«Любой, едва прошедший обучение шофер, – пишет Ю. М. Воронин, – выходя из кабины, автоматически берет ключи с собой»1829. А тут десятки брошенных машин и на удивление все с незакрытыми кабинами и ключами зажигания.

«Элемент провокации, – констатировал потом И. В. Константинов, – присутствовал с самого начала событий 3 октября».1830

к оглавлению 1993   Антропология и история   В.И. Бояринцев   В.Ю. Катасонов   Б.С. Миронов   А. Проханов  

(время поиска примерно 20 секунд)

Знаете ли Вы, как разрешается парадокс Ольберса?
(Фотометрический парадокс, парадокс Ольберса - это один из парадоксов космологии, заключающийся в том, что во Вселенной, равномерно заполненной звёздами, яркость неба (в том числе ночного) должна быть примерно равна яркости солнечного диска. Это должно иметь место потому, что по любому направлению неба луч зрения рано или поздно упрется в поверхность звезды.
Иными словами парадос Ольберса заключается в том, что если Вселенная бесконечна, то черного неба мы не увидим, так как излучение дальних звезд будет суммироваться с излучением ближних, и небо должно иметь среднюю температуру фотосфер звезд. При поглощении света межзвездным веществом, оно будет разогреваться до температуры звездных фотосфер и излучать также ярко, как звезды. Однако в дело вступает явление "усталости света", открытое Эдвином Хабблом, который показал, что чем дальше от нас расположена галактика, тем больше становится красным свет ее излучения, то есть фотоны как бы "устают", отдают свою энергию межзвездной среде. На очень больших расстояниях галактики видны только в радиодиапазоне, так как их свет вовсе потерял энергию идя через бескрайние просторы Вселенной. Подробнее читайте в FAQ по эфирной физике.

НОВОСТИ ФОРУМАФорум Рыцари теории эфира
Рыцари теории эфира
 01.10.2019 - 05:20: ВОСПИТАНИЕ, ПРОСВЕЩЕНИЕ, ОБРАЗОВАНИЕ - Upbringing, Inlightening, Education -> Просвещение от Вячеслава Осиевского - Карим_Хайдаров.
30.09.2019 - 12:51: ВОСПИТАНИЕ, ПРОСВЕЩЕНИЕ, ОБРАЗОВАНИЕ - Upbringing, Inlightening, Education -> Просвещение от Дэйвида Дюка - Карим_Хайдаров.
30.09.2019 - 11:53: ВОСПИТАНИЕ, ПРОСВЕЩЕНИЕ, ОБРАЗОВАНИЕ - Upbringing, Inlightening, Education -> Просвещение от Владимира Васильевича Квачкова - Карим_Хайдаров.
29.09.2019 - 19:30: СОВЕСТЬ - Conscience -> РУССКИЙ МИР - Карим_Хайдаров.
29.09.2019 - 09:21: ЭКОНОМИКА И ФИНАНСЫ - Economy and Finances -> КОЛЛАПС МИРОВОЙ ФИНАНСОВОЙ СИСТЕМЫ - Карим_Хайдаров.
29.09.2019 - 07:41: ВОСПИТАНИЕ, ПРОСВЕЩЕНИЕ, ОБРАЗОВАНИЕ - Upbringing, Inlightening, Education -> Просвещение от Михаила Делягина - Карим_Хайдаров.
26.09.2019 - 17:35: ВОСПИТАНИЕ, ПРОСВЕЩЕНИЕ, ОБРАЗОВАНИЕ - Upbringing, Inlightening, Education -> Просвещение от Андрея Пешехонова - Карим_Хайдаров.
26.09.2019 - 16:35: ВОЙНА, ПОЛИТИКА И НАУКА - War, Politics and Science -> Проблема государственного терроризма - Карим_Хайдаров.
26.09.2019 - 08:33: ВОСПИТАНИЕ, ПРОСВЕЩЕНИЕ, ОБРАЗОВАНИЕ - Upbringing, Inlightening, Education -> Просвещение от О.Н. Четвериковой - Карим_Хайдаров.
26.09.2019 - 06:29: ВОСПИТАНИЕ, ПРОСВЕЩЕНИЕ, ОБРАЗОВАНИЕ - Upbringing, Inlightening, Education -> Просвещение от Ю.Ю. Болдырева - Карим_Хайдаров.
24.09.2019 - 03:34: ТЕОРЕТИЗИРОВАНИЕ И МАТЕМАТИЧЕСКОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ - Theorizing and Mathematical Design -> ФУТУРОЛОГИЯ - прогнозы на будущее - Карим_Хайдаров.
24.09.2019 - 03:32: НОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ - New Technologies -> "Зенит"ы с "Протон"ами будут падать - Карим_Хайдаров.
Bourabai Research Institution home page

Боровское исследовательское учреждение - Bourabai Research Bourabai Research Institution