Глава 4

Архитектура

“Микрография” вышла в свет в 1665 г. и принесла Гуку большую известность. Если до этого времени его знали в Королевском обществе, то с 1665 г. его имя становится известным и широкой публике — лицам, “интересующимся науками”. Но едва ли эта замечательная книга улучшила бы его материальное положение. В этом отношении ему помог Великий пожар Лондона: Гук стал архитектором.

Трудно сказать, в каком направлении развивалось бы творчество Гука, не случись пожара. Жить ему было трудно, практически постоянно приходилось прирабатывать на стороне, а теперь у него образовался постоянный и достаточно приличный заработок. Но времени на научную работу у Гука стало значительно меньше, и многие задуманные им работы он так и не смог довести до конца. И если и до того времени Гук работал с нагрузкой,' которой хватило бы на несколько человек, то теперь, когда ко всему этому добавились еще обязанности архитектора и наблюдателя за строительными работами, перегрузка его стала еще большей. Этим, вероятно, и объясняется болезненное состояние Гука, которое мучило ученого еще в 90-х годах и которое стало совершенно невыносимым в последние годы его жизни.

Великий пожар начался в Паддинг Лейне. Погода была ветреная, и пожар быстро распространился в сторону Сити и в течение пяти дней уничтожил почти все Сити. Сгорели около 13 тыс. домов, кафедральный собор св. Павла, более 80 церквей; без крова остались свыше 200 тыс. лондонцев. Сгорело также большинство общественных зданий и торговых помещений.

“От пожара в Лондоне пострадал жилой и деловой квартал в центре самого Сити: большие торговые дома, где работали и жили купцы со своими благонравными и упитанными домочадцами. Эти обители богатства, торговли и гостеприимства, возникшие в средние века, с их садами, раскинувшимися позади, и с двором внутри по-прежнему были обращены своими дощатыми или оштукатуренными стенами на кривые и узкие улицы, двухскатные крыши иногда настолько выступали над фасадом лавки, что подмастерья, работавшие на чердаках,

могли пожимать друг другу руки через улицу. Когда благодаря ветру огонь стал быстро распространяться, эти старые и шаткие здания оказались прекрасным материалом для пламени. И только в немногих местах, где огонь встретил преграду в виде каменных стен, он был вынужден замедлять свой бег и с трудом пробивать себе путь”. Город был отстроен в течение четырех или пяти лет, и в этом — большая заслуга Рена и Гука.

Для восстановления Лондона была создана комиссия, в которую король и его Тайный совет назначили Рена, Юга Мэя и Роджера Пратта. Сити в этой комиссии представляли Гук, Миллс и Джермен. Из этих лиц Пратт был известным архитектором, Мэй — королевским кассиром, Питер Миллс и Эдуард Джермен — опытными строителями; Рен и Гук представляли академические круги. Обстоятельства сложились так, что все руководство попало в руки Рена и Гука, которым и пришлось в течение 30 лет работать над перестройкой Лондона. При этом ведущую роль играл Рен, а Гук был его ближайшим заместителем.

Рен, в то время профессор астрономии в Оксфордском университете, уже имел некоторую известность как архитектор. В Оксфорде он выстроил Шелдонский театр — большой круглый лекционный зал, в котором использовал мотивы древнеримской архитектуры, а также ряд зданий Тринити-колледжа. Кроме того, по поручению короля он еще перед Великим пожаром составил планы перестройки старого готического здания собора св. Павла. В 1665 г. он посетил Францию, где познакомился с рядом ведущих архитекторов и их работами, а также с Бернини, который ознакомил его со своим проектом Лувра.

Были ли какие-либо архитектурные и строительные познания перед Великим пожаром у Гука — неизвестно. Но можно предполагать, что некоторые знания в этой области он мог приобрести еще в годы своей учебы у Питера Лели. С технологией производства строительных работ Гук мог познакомиться в Оксфорде и в первые годы своей работы в Лондоне. Что же касается строительных материалов, то они несомненно были ему хорошо известны: это явствует из ряда страниц “Микрографии”. Во всяком случае, когда потребовался проект перестройки сгоревшей части Лондона, то свои варианты представили и Рен и Гук. Оба варианта предполагали кардинальную перестройку города. В соответствии с проектом Рена центральными точками нового города должны были стать собор св. Павла и Королевская биржа, от которых по радиусам расходилась паутина улиц. Проект Гука также был направлен на изменение структуры города: он предложил построить систему улиц, пересекавшихся под прямыми углами. Этот проект очень понравился отцам города и послужил причиной того, что они избрали Гука своим представителем в комиссию по перестройке города.

При выборе проекта реконструкции Лондона секретарь Королевского общества Ольдеыбург выявил свое недружелюбие по отношению к Гуку. В сентябре 1666 г. Ольденбург писал Бойлю о планах перестройки города и о том, что он старался, чтобы план Рена был утвержден Королевским обществом перед представлением его королю. Однако план Рена не был предъявлен обществу, как писал Рен, по недостатку времени. Ольденбург даже не упомянул о плане Гука, который был своевременно предъявлен обществу, получил его одобрение и лишь после этого был принят руководителями Сити. Впрочем, окончательно не были утверждены ни проект Рена, ни проект Гука: верх взяло консервативное мнение большинства членов парламента и Тайного совета короля.

В новом своем амплуа Гук стал не только градостроителем и архитектором. Он был “надзирателем за восстановлением города” — представителем Сити, консультантом по различным вопросам строительства, производителем работ как самостоятельных, так и Рена. Строил он в течение 30 лет, пока у него хватало на это сил, ведь кроме того, что он был активным зодчим, он был ученым. День его был заполнен до отказа, и, как явствует из его собственных записей, у него редко находилось время для отдыха.

“Надзиратель должен был вывести фундамент каждого здания, зачастую вынося решение ввиду противоречий в интересах собственников, он был обязан также разметить линии тех улиц, которые следовало расширить или улучшить иным способом и опять-таки решать относительно „потерь грунта" собственниками. Он должен был писать свидетельства для собственников и принимать участие в заседаниях Земельного комитета Сити, который имел дело с участками. Когда начиналось сооружение

здания, ему приходилось выполнять бесконечные посещения, присутствовать, давать советы, следить за тем, чтобы строительные предписания выполнялись. Гук собственноручно написал сотни удостоверений и рапортов; он провел бессчетные часы с комиссиями и на участках, часы в обсуждениях и деловых переговорах с Реном и с другими своими коллегами. От таких наблюдений, совещаний и комиссий он спешил в Королевское общество для постановки на его заседапии экспериментов, или на чтение Кутлеровских или Грешемовских лекций, или чтобы учить Гарри Ханта или Томаса Томпсона инструментальному делу, или чтобы преподавать алгебру своему маленькому кузену Тому Джайлсу, или чтобы скроить для самого себя новый плащ, или чтобы купить ожерелье своей племяннице Грейс, или чтобы посетить книжный аукцион, или чтобы произвести рассечение дельфина, или поразмыслить над новым изобретением или над новой научной гипотезой, или — почти каждый день — беседовать в кофейне, или в таверне, или в частном доме. Оп пересекал ежедневно Лондон, спеша от одного места к другому, как правило, пешком, ибо... редко пользовался повозкой или лодкой по реке” 2.

Строительное производство — одно из самых консервативных, и его технология не менялась в течение столетий. Едва ли было какое-либо различие в этом отношении между стройками в Лондоне в конце XVII в. и стройками в Петербурге в конце XIX —начале XX в.: те же способы кирпичной кладки, те же трудоемкие земляные работы, тот же основной вид внутрипостроеч-ного транспорта — по лесам на спине рабочего. Лишь в тех случаях, когда приходилось поднимать каменные блоки большого веса или металлические элементы строительных конструкций, пользовались кранами, лебедками, блоками и полиспастами и иными не особенно сложными строительными механизмами.

Но Гук был ученым-механиком по преимуществу, и представляется, что он не мог не оставить следа в двух направлениях строительного производства: в строительных механизмах и в строительной механике. К сожалению, до сих пор не обнаружены какие-либо следы творчества Гука в первом направлении, и это по крайней мере странно, учитывая его изобретательность и любовь к сооружению различных механизмов. Вернее всего, он просто не считал свои улучшения строительных механизмов заслуживающими упоминания и включал свои идеи в “производство строительных работ”. Что же касается строительной механики, которая была создана лишь в начале второй четверти XIX в., то некоторые основополагающие идеи зафиксированы в трудах Гука. Это, во-первых, знаменитый “закон Гука”, затем его мысли об изгибе балки и множество записей в дневнике ученого, касающихся выведения куполов, сводов, арок.

Существовало нечто вроде “разделения труда” между Гуком и Реном. Реп строил собор св. Павла, церкви и важнейшие общественные здания. На долю Гука пришлось в основном сооружение частновладельческих домов, правда, он построил здание знаменитого лондонского дома для сумасшедших — Бедлам, здание Коллегии врачей, несколько частных дворцов, несколько церквей. Он также принимал самое непосредственное участие в сооружении тех зданий, которые строил сам Рен. При этом, кроме оплаты, которую он получал от Совета Сити за свою деятельность, Гук получал также жалованье от Рена за выполнение ряда работ, в частности в соборе св. Павла. Если судить по записям в дневнике, то это были как раз такие работы, которые требовали больших познаний в строительной механике.

Так, между августом 1672 и декабрем 1680 г. Гук посетил строящийся собор св. Павла вместе с Реном или самолично почти сто раз. Рен советовался с ним относительно приобретения строительных материалов; некоторые договора с подрядчиками Гук заключил самостоятельно. В сентябре 1677 г. Гук произвел детальный расчет сверления труб в конструкции собора, в другой раз он дал совет Рену относительно выведения двойных сводов собора и необходимых при этом связей. Рен применил в каменных конструкциях собора металлические связи, причем учитывая тот факт, что подобные связи в старом здании собора подверглись коррозии, при сооружении нового здания была предусмотрена их окраска. Рен также неоднократно обсуждал с Гуком модели отдельных частей здания.

Гук имел непосредственное отношение и к сооружению других зданий, запроектированных Реном. Так, из сорока церквей, которые строил Рен между 1670 и 1680 г., Гук принимал участие в строительстве тридцати. Рен и Гук были близкими друзьями, и это также нашло свое

отражение в дневнике Гука: они обсуждали многие вопросы, связанные с сооружением зданий и с их внешним видом, и Гук всегда подчеркивает, что в этом отношении он является помощником Рена, так сказать, занимает в архитектурной табели о рангах второе место.

Гук принимал самое деятельное участие в проведении нескольких инженерных работ, из которых важнейшими были сооружение канала по течению р. Флийт и устройство северного берега Темзы. В первом случае речь шла о мероприятиях, необходимых для оздоровления местности, так как русло Флийт представляло собой клоаку. Схема канала была создана совместно Реном и Гу-ком; Гук к тому же. спроектировал и построил два моста через реку, а также выполнил все инженерные работы. Капал был сооружен в 1671 — 1674 гг., но впоследствии оказался не вполне пригодным и в 1738 г. был заключен в трубу.

Что касается берега Темзы, то здесь предполагалось его выравнивание, отведение в глубь города линии застройки домов, постройка новых причалов и улучшение подходов к ним. К сожалению, этот плап выполнить полностью не удалось, несмотря на то что он был отработан в деталях Реном и Гуком. Гук неоднократно обращался к владельцам причалов с требованием относительно передвижения причалов, но безрезультатно. Не удалось и передвинуть застройку: владельцы домов, фасады которых выходили за красную линию набережной, не хотели тратить деньги на перестройку. Тогда возник второй вариант: подвинуть берег за счет реки. Рен и Гук разработали совместный проект увеличения площади набережной путем засыпки в реку грунта, полученного от сооружения канала по течению р. Флийт. Этот проект, на который оба зодчих потратили много времени и энергии, также не был приведен в исполнение. Проект набережной северного берега Темзы особенно интересовал Гука, и на протяжении ряда лет он вносил в свой дневник многочисленные замечания по этому поводу.

Королевская коллегия врачей

Здания, спроектированные самолично Гуком и целиком построенные под его руководством, не сохранились. Однако остались их изображения. Одним из наиболее замечательных образцов архитектурного творчества Гука был Королевский колледж врачей. Гук лично был знаком со многими врачами, кроме того, врачи находились в тесной связи с Королевским обществом, виднейшие из них являлись его членами и поэтому естественно, что они остановились на кандидатуре Гука, когда им пришлось искать зодчего для сооружения своей новой резиденции. Гук начал стройку в 1671 г. и закончил ее через семь лет. Здание включало три основных этажа, полуподвальное помещение и большую восьмигранную постройку под куполом, на нижнем этаже которой располагался главный вход в фойе, а на верхнем — большой зал, “театр”. Как явствует из дневника Гука, больше всего хлопот у него было с этим театром: доктора никак не могли решить, где его расположить: по фасаду или во дворе. Так, в мае 1674 г. они окончательно решили пристроить “театр” с тыла здания, но уже в июне состоялось другое решение — соорудить его по фасаду здания. Купол театра Гук покрыл полированным оловом, а сверху поставил шар (диаметром в 3 фута) из меди, позолоченный. На внутреннем дворике колледжа в нишах второго этажа были установлены две статуи работы скульптора Эдуарда Пийрса, изображающие короля Карла II и Джона Кутле-ра. Внутренняя отделка здания была выполнена также под руководством Гука.

Важное место в архитектурном творчестве Гука занимал и знаменитый Бедлам — дом для умалишенных. Он начал его в 1674 г., а завершил через год или два. Здание было рассчитано на 150 больных. Подобно колледжу, оно в основном имело два этажа. В центре здания находилась башня со шпилем, к которой примыкали с боков два корпуса, завершавшиеся также башнями несколько ниже центральной; общая длина по фасаду составляла 540 футов. Здание считалось образцовым, хотя некоторые из посетителей и недоумевали, зачем было строить такое роскошное здание и в таком архитектурном стиле для безумных.

Центральное здание было окружено высокой стеной, внутри периметра которой Гук разбил сад, впоследствии служивший любимым местом прогулок для лондонцев. Однако здание было не только “роскошным”, но и удобным: Гук предусмотрел отдельные комнаты для каждого пациента площадью около 9 м2 и отдельную баню.

Бедлам был не единственным госпитальным помещением, спроектированным Гуком. Очевидно, его работа над Королевским колледжем врачей и его знакомства в медицинском мире обеспечили ему заказы по сооружению медицинских учреждений. Почти одновременно с Бедламом он запроектировал и реконструировал другой госпиталь — Брайдвелл. Правда, работа над Брайдвеллом оказалась несколько иного характера — здание сгорело не полностью и при его восстановлении была использована уцелевшая часть дома. Гук начал реконструкцию здания в 1671 г., а в январе 1678 г. ему заказали дополнительно спроектировать часовню.

Спустя 15 лет после сооружения Бедлама Гук спроектировал госпиталь в Гокстоне, основанный олдерменом Эски. Проект был готов в 1689 г., а само здание построено к 1693 г. Оно состояло из одного центрального корпуса и двух боковых павильонов: единство обеспечивалось линией антаблемента, проходившей по всему фасаду.

Как уже говорилось, во многих случаях Гук и Рен консультировались друг с другом. Они были друзьями и, кроме того, находились друг с другом в свойстве: Рен называл Гука в письмах кузеном: некий Джон Гук, по-видимому, дальний родственник Роберта Гука, был женат на сестре Рена. Гук хорошо знал семью Рена, бывал у него, у них были общие симпатии и антипатии: оба они недолюбливали Ольденбурга; близкие друзья Рена — Холдер, Хоскинс и Обри — были близки и с Гуком. Гук поддерживал кандидатуру Рена па выборах президента Королевского общества и, когда в 1681 г. Рен был избран, с радостью отмечал, что это избрание было единогласным. Начиная с 1680 г. у Рена оставалось все меньше времени для научной работы, и он почти полностью переключился на архитектуру, тем более что строил не только в пределах Сити, но даже и вне Лондона.

Рен и Гук пришли к архитектуре от науки и старались применять в строительстве свои профессиональные знания. По-видимому, для XVII в. это был единственный случай; даже в XVIII в. архитекторы упорно отказывались применять математику в своей работе. В этом содружестве ученых-архитекторов ведущим был, несомненно, Рен, тем более что во всех своих основных постройках оп придерживался староанглийского “перпендикулярного” стиля. В тех случаях, где ему приходилось лишь достраивать уже существовавшее здание, он старался полностью проникнуться духом старого зодчего. Так, приступая к достройке Вестминстерского аббатства, Рен заметил: “Отклоняться от старой формы значило бы впасть в неприятную смесь, которую бы не одобрило ни одно лицо с хорошим вкусом” 3. Правда, в одном случае он попытался отойти от английской традиции. Проектируя собор св. Павла, он решил построить его с равносторонним крестом в плане, под определяющим все здание куполом. Заказчики не согласились на это, и Рен переделал свой план по образцу древних английских готических храмов: длинный корабль, длинный алтарь, длинный поперечный неф и все три части отъединены друг от друга.

Церковь Уилпен

Гук также был сторонником перпендикулярного стиля. Это в особенности сказалось на построенных им приходских церквах, с ярко выраженными вертикальными линиями и поперечными горизонтальными плоскостями. В достройке упомянутого выше Вестминстерского аббатства многое принадлежало Гуку: в 1676 г. он перестелил пол на хорах, в 1680 г. наблюдал за строительными работами в аббатстве и Вестминстерской школе. В последней он спроектировал башню для своего старого учителя и друга д-ра Башби. Башня сохранилась, хотя и с рядом изменений, в частности, был разобран венчавший ее купол. В Вестминстере Гук работал и между 1688 и 1693 гг., когда под его руководством были сооружены большое северное окно, капелла Генриха VII и ряд зданий на границах аббатства. Северное окно строилось но проекту Рена, за все остальное полную ответственность нес Гук. Одним из немногих сооружений Гука, доживших до нашего времени, является Монумент. Он был построен в Лондоне в 1677 г. в память Великого лондонского пожара. В постановлении парламента, вынесенном по этому поводу, говорится: “Для наилучшего сохранения памяти об этом ужасном происшествии да будет вынесено постановление, дабы на том месте, откуда указанный пожар так несчастливо начался или насколько можно вблизи его, была воздвигнута колонна или столп из бронзы или камня, наиболее подходящим образом, на вечную память о таковом, с такой надписью, какая будет составлена по этому поводу мэром и советом олдерменов” \ Полная высота колонны составляет 61,6 м, высота пьедестала — 12,2 м, диаметр колонны — 4,6 м. По первому проекту, выполненному Реном, предполагалось, что Монумент будет иметь вид гигантского телескопа. Но от этой идеи пришлось отказаться, учитывая колебания колонны. Окончательный вариант Монумента был создан Гуком, и он же руководил его сооружением. Сооружение Монумента нашло отражение и в ряде записей в “Дневнике” Гука: оно было начато в 1673 г. и к октябрю 1676 г. в общем завершено.

Несмотря на то что для астрономических наблюдений Монумент оказался непригодным, все же некоторые эксперименты на нем были произведены. Так, Гук в мае 1678 г. определял разность атмосферного давления в его нижней и верхней точках. По некоторым сведениям, им также пользовались астрологи, когда им нужно было увидеть совпадение Марса с Венерой, а также в иных случаях; астрологов вибрации Монумента не беспокоили.

Известно участие Гука в сооружении Гринвичской обсерватории. Последняя была основана по указу короля Карла II в марте 1675 г. по инициативе математика сэра Джонаса Мора. Рен поручил работу по проектированию обсерватории Гуку, который 2 июля совместно с Флэм-стидом5 и Галлеем6 сделал планы обсерватории, а 28 июля вместе с Мором выехал в Гринвич. Не совсем ясно, кто наблюдал за сооружением обсерватории, но есть весьма обоснованное предположение, что работа была выполнена Реном совместно с Гуком. Последний также руководил и установкой астрономического оборудования обсерватории, которое частично было заимствовано у Королевского общества.

Гук, возможно, участвовал в перестройке здания Морского ведомства, которое сгорело вместе с некоторыми близлежащими домами в январе 1673 г. Ответственность за ведение работ по восстановлению зданий лежала на Рене, но в “Дневнике” Гука есть некоторые сведения и о его участии. Так, 17 апреля он был “с лордом Броунке-ром все утро по поводу Морского ведомства”, 19 апреля консультировался с Реном, а 20 апреля опять обсуждал это дело с Броункером; 21 апреля он был “дома по поводу модели”, 25 апреля заплатил за изготовление модели столяру 20 шиллингов, 8 мая производил обмеры одного дома, входившего в состав Морского ведомства. На следующий год с 23 марта по 4 апреля Гук был занят работами по обмеру и изготовлению чертежей для постройки зданий Морской продовольственной конторы. К сожалению, сведений о дальнейшем его участии в строительстве нет.

Важную роль сыграл Гук в восстановлении торговых помещений Сити. Здесь его участие было совершенно очевидным, так как он и являлся представителем Сити по надзору за строительством. Великий пожар уничтожил 44 торговых холла; большинство из них восстанавливались под наблюдением Гука и, во всяком случае, для нескольких из них он осуществил всю архитектурную работу. В августе и сентябре 1673 г. он вычертил Холл торговцев платьем и спланировал их сад; в 1674 г. подготовил проект их школы. В конце 1673 г. он выполнил архитектурные работы по восстановлению Театра цирюльников и хирургов, построенного Иниго Джонсом7, и в январе 1674 г. представил модель театра.

Примерно в то же самое время он выполнил некоторые работы для госпиталя Христа. В 1673 г. Карл II приказал устроить при этом госпитале школу для обучения математике и навигации. Гук был одним из управляющих школой и руководил в ней математическим обучением; в частности, ученики школы слушали его лекции по геометрии в Грешемовском колледже. Гук наблюдал за постройкой здания госпиталя и помогал Рену в его работе над созданием школьной церкви. Здание школы было построено между 1674 и 1684 гг.: в дневнике Гука за 1676 г. имеется упоминание о выполнении им модели для школы при церкви Христа.

Кроме общественных зданий и церквей, Гук проектировал и сооружал частные дома и усадьбы. В частности, он построил “Дом Монтэгю” в Блюмсбэри, на том месте, где сейчас располагается Британский музей. Этот дом, который современники называли дворцом, сгорел в 1686 г., что было большим ударом для Монтэгю, истратившего на его сооружение целое состояние, и для Гука, который строил его шесть лет. Дом Монтэгю восстанавливал французский архитектор Пюже; позже в нем был размещен Британский музей. В 1840 г. дом сломали,

Удостоверения, выданные Гуком как наблюдателем
и теперь неясно, какие части старого (гуковского)
здания включил Птоже в восстановленный им “дом Монтэгю”.

В 1676 г. Монтэгю был назначен посланником во Францию и взял с собой Гука. По его совету лорд Оксфорд заказал Гуку проект своего дома в Уайтхолле, а сэр Ричард Эджкюмб — в Корнуолле. В течение 70— 80~х годов Гук получил несколько подобных заказов на строительство новых и перестройку старых частных домов. Одним из наиболее удачных оказался дом лорда Копуэя в Рэгли (Уорвикпгар), проект которого Гук составил в 1679 г. Дом строился на широкую ногу и стоил весьма дорого. Сам Конуэй умер в 1683 г., но дом продолжали строить в течение едва ли не всего XVIII в. Дом считают одним из первых зданий “георгианского стиля”, но основная часть его была построена в соответствии с проектом Гука.

В своем архитектурном творчестве Гук следует Рену. Подобно Рену, он предпочитает простые стереометрические объемы при проектировании зданий: Гук любит порядок и симметрию. В тех случаях, когда назначение здания требует усложнения его конструкции, простые формы накладываются одна на другую. Фасады лишь слегка моделированы с помощью самых простых элементов: исполнение их плоскостное. Членение фасада произ-

водится также в одной плоскости, обычно без каких-либо пластичных переходов. Его архитектурные композиции, как уже говорилось выше, принадлежат к чисто английскому “перпендикулярному” стилю. Они спокойны и корректны, с доминирующими вертикальными и горизонтальными линиями. Гук предпочитает в своем творчестве простые пропорции, и, несмотря на то что он работал в XVII в., созданные им здания зачастую повторяют формы более старых эпох. При этом нельзя забывать, что Гук — это ученый-естествоиспытатель и великий экспериментатор, что, несомненно, нашло свое отражение н в геометрии его созданий.

Но, очевидно, не только в этом было значение строительного “творчества” Гука. Привычка к точности в эксперименте обусловила и точность в его работе как надсмотрщика и как руководителя строительных работ. Здесь так же, как и в его работе в Королевском обществе в качестве куратора, нашли свой выход и его неисчерпаемая энергия, и его самые разносторонние способности.

Гуку принадлежала важная роль в восстановлении Лондона. Но и на этом поприще, так же как и в его научной деятельности, судьба не благоприятствовала Гуку: подавляющее большинство его произведений не пережили XVIII или самого начала XIX в. При этом многие из его произведений даже приписывались Репу. И лишь публикация дневников Гука и (в определенной степени) сохранившийся альбом его чертежей помогли восстановить историческую правду.

1 Тревельян Дж. М. Социальная история Англии. М,: Изд-во иностр. лит., 1959, с. 308.

Espinosse M. Robert Hooke. L., 1956, p. 86.

Pevsner N. The Englishness of English Art, L., 1976, p. 87.

4 Briggs M. S. Wren the incomparable. L., 1953, p. 210.

5 Джон Флэмстид (1646-1719) - первый королевский астроном и директор Гринвичской обсерватории (с 1675 г.), член Королевского общества (1676 г.). Его теорией и наблюдениями пользовался Ньютон. Составил "Британскую историю неба" (изд. посмертно, в 1725 г.).

6 Эдмоид Галлей (Хэлли) (1656-1742) - член Королевского общества (с 1678 г.), помощник Флэмстида, с 1703 г.- профессор геометрии Оксфордского университета, с 1720 г.- директор Гринвичской обсерватории. Астроном-наблюдатель, в частности, открыл комету Галлея. Издатель и редактор "Начал" Ньютона. Близкий друг Ньютона.

7 Джонс Иниго (1573-1652) - английский архитектор, последователь А. Палладио. В 1615-1643 гг.-главный смотритель королевских зданий в Лондоне.

 

назад вперед

 


(время поиска примерно 20 секунд)

Знаете ли Вы, что cогласно релятивистской мифологии "гравитационное линзирование - это физическое явление, связанное с отклонением лучей света в поле тяжести. Гравитационные линзы обясняют образование кратных изображений одного и того же астрономического объекта (квазаров, галактик), когда на луч зрения от источника к наблюдателю попадает другая галактика или скопление галактик (собственно линза). В некоторых изображениях происходит усиление яркости оригинального источника." (Релятивисты приводят примеры искажения изображений галактик в качестве подтверждения ОТО - воздействия гравитации на свет)
При этом они забывают, что поле действия эффекта ОТО - это малые углы вблизи поверхности звезд, где на самом деле этот эффект не наблюдается (затменные двойные). Разница в шкалах явлений реального искажения изображений галактик и мифического отклонения вблизи звезд - 1011 раз. Приведу аналогию. Можно говорить о воздействии поверхностного натяжения на форму капель, но нельзя серьезно говорить о силе поверхностного натяжения, как о причине океанских приливов.
Эфирная физика находит ответ на наблюдаемое явление искажения изображений галактик. Это результат нагрева эфира вблизи галактик, изменения его плотности и, следовательно, изменения скорости света на галактических расстояниях вследствие преломления света в эфире различной плотности. Подтверждением термической природы искажения изображений галактик является прямая связь этого искажения с радиоизлучением пространства, то есть эфира в этом месте, смещение спектра CMB (космическое микроволновое излучение) в данном направлении в высокочастотную область. Подробнее читайте в FAQ по эфирной физике.

НОВОСТИ ФОРУМАФорум Рыцари теории эфира
Рыцари теории эфира
 13.06.2019 - 05:11: ЭКОЛОГИЯ - Ecology -> ПРОБЛЕМА ГЛОБАЛЬНОЙ ГИБЕЛИ ПЧЁЛ И ДРУГИХ ОПЫЛИТЕЛЕЙ РАСТЕНИЙ - Карим_Хайдаров.
12.06.2019 - 09:05: ВОЙНА, ПОЛИТИКА И НАУКА - War, Politics and Science -> Проблема государственного терроризма - Карим_Хайдаров.
11.06.2019 - 18:05: ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНАЯ ФИЗИКА - Experimental Physics -> Эксперименты Сёрла и его последователей с магнитами - Карим_Хайдаров.
11.06.2019 - 18:03: ВОСПИТАНИЕ, ПРОСВЕЩЕНИЕ, ОБРАЗОВАНИЕ - Upbringing, Inlightening, Education -> Просвещение от Андрея Маклакова - Карим_Хайдаров.
11.06.2019 - 13:23: ВОСПИТАНИЕ, ПРОСВЕЩЕНИЕ, ОБРАЗОВАНИЕ - Upbringing, Inlightening, Education -> Просвещение от Вячеслава Осиевского - Карим_Хайдаров.
11.06.2019 - 13:18: ВОСПИТАНИЕ, ПРОСВЕЩЕНИЕ, ОБРАЗОВАНИЕ - Upbringing, Inlightening, Education -> Просвещение от Светланы Вислобоковой - Карим_Хайдаров.
11.06.2019 - 06:28: АСТРОФИЗИКА - Astrophysics -> К 110 летию Тунгуской катастрофы - Карим_Хайдаров.
10.06.2019 - 21:23: ВОСПИТАНИЕ, ПРОСВЕЩЕНИЕ, ОБРАЗОВАНИЕ - Upbringing, Inlightening, Education -> Просвещение от Владимира Васильевича Квачкова - Карим_Хайдаров.
10.06.2019 - 19:27: СОВЕСТЬ - Conscience -> Высший разум - Карим_Хайдаров.
10.06.2019 - 19:24: ВОЙНА, ПОЛИТИКА И НАУКА - War, Politics and Science -> ЗА НАМИ БЛЮДЯТ - Карим_Хайдаров.
10.06.2019 - 19:14: СОВЕСТЬ - Conscience -> РУССКИЙ МИР - Карим_Хайдаров.
10.06.2019 - 08:40: ЭКОНОМИКА И ФИНАНСЫ - Economy and Finances -> КОЛЛАПС МИРОВОЙ ФИНАНСОВОЙ СИСТЕМЫ - Карим_Хайдаров.
Bourabai Research Institution home page

Боровское исследовательское учреждение - Bourabai Research Bourabai Research Institution